Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего
- Автор: Черная Людмила Борисовна
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Новое литературное обозрение
- ISBN: 978-5-4448-1650-9
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Чудеса в решете, или Веселые и невеселые побасенки из века минувшего». Краткое содержание книги:
«Теперь мне 103. Вышли в свет две мои толстые книги. Пишу третью, хотя не уверена, допишу ли. Когда работаю, рука не дрожит. А когда раз в три месяца помощница Лена привозит меня в Сбербанк и надо расписаться за пенсию, руки начинают дрожать… Чудеса…»
Возможно, разгадка удивительной душевной молодости Людмилы Чёрной — в ее захваченности, очарованности жизнью и в самодисциплине. Высказываемые в книге суждения и оценки порой звучат вызывающе остро — тем интереснее знакомиться с образом мыслей автора и ее восприятием текущих событий. Перед нами не только свидетельство ровесницы «короткого XX века», но и, по выражению Н. С. Лескова, феномен «уходящей натуры».
Людмила Чёрная (р. 1917) работала журналисткой-международницей, переводила художественную литературу (Г. Бёлль, Э. М. Ремарк, А. Дёблин, Ф. Дюрренматт). Вместе с мужем, историком Д. Е. Меламидом, исследовала нацистский режим в Германии и написала книгу о Гитлере «Преступник номер 1». Издала в «НЛО» книгу мемуаров «Косой дождь» (2015) и публицистический сборник «Записки Обыкновенной Говорящей Лошади» (2018).
Все эти безобразия, как мы знаем, не имели никаких серьезных последствий. Никто даже не подумал делать оргвыводы — сажать в тюрягу интеллигентов, попавших под руку вождю. И посему нападки Хрущева становились для потерпевших не трагедией, а скорее фарсом.
Таким фарсом стало и знаменитое собрание писателей, на котором Бориса Пастернака разжаловали из члена Союза писателей в члены Литфонда.
Впрочем, напрасно я вступаюсь за Никиту Хрущева, он в моих оправданиях не нуждается. Достаточно сказать, что всего четыре года спустя после скандала с Пастернаком Хрущев разрешил Твардовскому, тогдашнему редактору «Нового мира», напечатать «Один день Ивана Денисовича» великого Солженицына. Более сокрушительного удара по сталинщине нельзя было себе представить.
Но я о Пастернаке… Сама кончина поэта была обставлена необычайно трогательно и даже торжественно.
Поэт умирает от рака легких у себя на даче — той самой, которую он получил при Сталине. Пастернаку уже 70 лет. В то время в России для мужчины это считалось весьма солидным возрастом. Но Пастернак еще молод — в разгаре его роман с Ивинской, стало быть, он вечный юноша… И, кстати, двоеженец: Ивинская по всем его делам с «Доктором Живаго» ходит в ЦК как законная супруга и наследует все пастернаковские права и заграничные гонорары — за что и попадает в ГУЛАГ… Но это уже все потом. А в те последние дни поэт лежит, как сказано, у себя на даче.
Всю черную работу по уходу за больным делает нелюбимая жена. В доме порядок. Ближний круг, постоянные посетители видят прекрасное лицо страдальца на фоне подушек в безукоризненно белых наволочках… В соседней комнате при открытых дверях знаменитая пианистка Мария Юдина почти непрерывно играет на фортепиано, исполняя классические произведения великих композиторов прошлого, которые любит Пастернак.
Друзья, приблизившись к умирающему, спрашивают, не хочет ли он позвать Ивинскую… Поэт отвечает, нет, не хочет.
Ивинская сидит на скамейке под окнами и молча страдает.
Там же толпятся переделкинские писатели. Они тоже скорбят и осведомляются, не нужна ли домашним какая-нибудь помощь. Им отвечают, нет, не нужна.
Пожалуй, так торжественно умирал один только старик Гете… Великий гений Иоганн Вольфганг Гете.
Пастернак ушел из жизни в ореоле мученика и как мученик был похоронен на переделкинском кладбище. Провожали его толпы народа, буквально толпы — тысячи людей… И электрички из Москвы в Переделкино шли в тот день переполненные почитателями поэта. И даже кондукторы в электричках знали, что умер великий поэт… И речи на могиле произносили крамольные — мол, загубили нашего Поэта. И к могиле Пастернака много лет не зарастала народная тропа. И это прекрасно. Прекрасно, что в России чтят и помнят поэтов…
На этом я уже хотела поставить точку и повиниться в том, что стала такой злобной и нетерпимой к фальши. Но потом вспомнила, что наш теперешний главный сатирик Владимир Сорокин припечатал (извините за грубое слово) Пастернака куда более решительно, нежели я. Речь идет о самой знаменитой сорокинской книге «День опричника».
Оказывается, и Сорокин не мог простить Пастернаку его стихотворения во славу Сталина: «За древней каменной стеной // живет не человек — деянье…» В моей памяти, как я уже писала, сохранилось всего восемь строк, два четверостишия. Сорокин цитирует стихотворение целиком, прибавив еще четыре заключительные строчки…
Тут, конечно, ключевая строчка: «Но он остался человеком». Злодей, тиран, убийца миллионов «остался человеком». Такое надо придумать.
Важно не только то, что Сорокин счел нужным припомнить покойному поэту стихотворение — хвалу Сталину. Не вынужденный стих-отписку, какие писали тогда все, буквально все, поэты в СССР, а стих особый, пастернаковский.
Важнее всего, пожалуй, когда и кем оно было цитировано в книге Сорокина — так сказать, антураж…
…Место действия — Россия, отгороженная от всего цивилизованного мира каменной стеной. В стране восстановлены правление, нравы, обычаи времен Ивана Грозного. Даже пишут там на кириллице. Во главе этой России Государь. Карательные органы — опричнина, которой ведает некий Батя, он же самый страшный и растленный из всех опричников.
В тот день опричники зверски убили «могучего князя» (олигарха?)… И, как водится, собираются вечером пировать в узком кругу… Впрочем, они и днем пировали, то есть накачивались каким-то особенно дорогим наркотиком, а теперь в ожидании «кокоши» — кокаиновой оргии и одновременно мужеложеского кругового совокупления — ведут назидательную беседу…