Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors
- Автор: Денcмор Джон
- Год: 1990
- Язык: русский
- Год: Delacorre Press; Bantam Doubleday Dell Publishing Group; 666Fifth Avenue, New York, New York 10103
- ISBN: 0-385-30033-6
- Переводчик: Антон Яковина
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Всадники в грозу. Моя жизнь с Джимом Моррисоном и The Doors». Краткое содержание книги:
Я ушел в актерство, а Робби сделал пару собственных музыкальных проектов. Очень приятных — в джазовом духе. Робби отчаянно старался создать впечатление, что его кожа темней, чем на есть самом деле. Немножко перестарался. И ты знаешь, как сильно я люблю джаз.
Наше индивидуальное творчество, возможно, и не произвело эффекта землетрясения, но я ощущаю себя по-прежнему полным творческих сил. Не будь этого, представляю, я бы решил, что кусок меня где-то потерялся.
Время от времени огромная тень, которую отбрасывают Doors, вызывает у нас огорчение. Но и гордость вызывает тоже. Огорчение и гордость, огорчение и гордость. Горько и сладко одновременно — осознавать, что главного пика своей жизни ты достиг давным-давно, в двадцать шесть лет, но я поймал новый ветер в свои паруса, в актерстве и писательстве. Иной способ взглянуть на вещи. Иное творческое средство, даже целых два, открыли новую дверь в моей внутренней жизни.
Моя жена, Дебби, согласилась перестать предохраняться, и мы приготовили солнечную маленькую спаленку в конце холла, где, по словам бывших владельцев, Хью Лофтинг написал «Путешествия доктора Дулиттла». Мы оба хотели девочку. И у нас родилась девочка! Я никогда не переживал по поводу сохранения моей ФАМИЛИИ, как и по поводу спорта, впрочем. Для меня это было время спокойного счастья.
Осенью 1977-го, шесть лет спустя после твоей смерти, Рей, Робби и я начали прослушивать твои стихи, которые ты начитал на свой день рождения, совсем незадолго до того, как ты переправился на другую сторону. Полтора года спустя мы закончили «An American Prayer» (Американскую Молитву), поэтический альбом, который ты мечтал записать.
Наш старый продюсер, Пол Ротшильд, сказал в прессе, что это было «изнасилование Джима Моррисона». Да, изначально ты думал о симфонической оркестровой подложке, тебе хотелось сделать что-то сугубо свое, но, к несчастью, твое физическое тело сдало прежде, чем проект успел вступить в плодотворную фазу. Рей, Робби и я, мы работали над записью исключительно напряженно, стараясь превратить ее в «кино для ушей», прекрасно отдавая себе отчет, что этот проект не имеет ничего общего с коммерцией, и я очень ею горжусь. Я ЗНАЮ, тебе бы понравилось.
По мне, поэтический альбом был одним из немногих стóящих пост-Моррисоновских проектов. Мы отдавали дань уважения твоим словам, а не пытались их попользовать. Затем мы отправились в тур по Европе, давать интервью и промоутировать пластинку.
— Я думал, что мы собираемся просто посидеть в клубе на концерте! — заорал я на Денни Шугермана, теперь нашего пресс-агента, в переполненном лимо, по дороге на дневной саунд-чек. — А тут выясняется, что мы пьем пару дринков, а затем местный бэнд вызывает нас на сцену! — продолжал я вопить.
— Парни, может, вы уйметесь? — неожиданно подала голос Дороти, жена Рея.
— Концерт удумали, ЁПРСТ! — огрызнулся я.
— Зато мы получим отзыв в «Rolling Stone», в «Случайных заметках» — в унисон сказали Денни и Рей. Пока ты был жив, разве мы не получали отзывы в прессе, просто делая то, что делали? На хрена эти манипуляции? Тем более, что мы не могли воспроизвести «American Prayer» живьем, это был промо-тур, мы должны были просто общаться и рассказывать.
Мы уже подходили к центральной сцене парижского Palace disco, а я, не в силах сдержаться, продолжал ныть и причитать:
— Мы три года не играли вместе — и будем лабать целый грёбанный концерт, на чужих инструментах?!
Я с мстительной радостью увидел, как у Рея вытягивалась физиономия, пока он озирался на здоровенной сцене с просцениумом. До него начала доходить мысль о том, что это была плохая мысль.
— Играть на чужих барабанах, все равно, что надеть чужой гандон, — сказал я вслух, ни к кому в особенности не обращаясь. Рей и Робби начали пытаться вспомнить аккорды некоторых наших старых песен.
Тем вечером, когда поднялся занавес, оказалось, что у нас еще стоит, но со скрипом. Пойми меня правильно. Я согласен с тем, что ты сказал в том интервью, что наша музыка с годами становилась все лучше, плотней, и что мы «издавали до фига звука — как для трех парней». Я думаю, что наша троица смогла выйти за пределы своих личных музыкальных способностей и достичь чего-то коллективного, чего-то большего, чем сумма из трех составляющих. Но в тот раз мы выступали на одолженной аппаратуре, не отрепетировав, как следует. И делали это из ложных соображений. Когда все закончилось, я напился в хлам, как в Нью-Орлеане, после того говняного концерта в Warehouse. Я терпеть не могу играть лишь бы как, и мы отыграли честно.