Сталин. Биография в документах (1878 – март 1917). Часть I: 1878 – лето 1907 года

Весной 1902 г. чиновник для поручений Московского охранного отделения штаб-ротмистр Спиридович был командирован ознакомиться с положением дел на Кавказе. 23 мая Спиридович подал Ратаеву отчет об увиденном. Он также весьма критически оценил деятельность Тифлисского ГЖУ: агентура слабая, освещает далеко не все круги городского населения (есть агент в железнодорожных мастерских и городской интеллигентной среде, но вовсе не освещаются «кружки русских интеллигентов, среда армянская, грузинская, а также кружки учащихся»); агенты ведут себя неосмотрительно (один из них во время городских гуляний прилюдно раскланивается с жандармским офицером), а в управлении их недостаточно берегут при использовании полученных сведений; к сведениям, получаемым от агентов, жандармы относятся недостаточно критично, в результате в ходе расследования основанные на агентурных данных дела разваливаются; столь же скверно поставлено наружное наблюдение: революционеры знают филеров в лицо и открыто над ними насмехаются («так, летом 1901 года филер, наблюдавший шедшего с одним знакомым Калюжного, был замечен последним и благодаря предпринятой Калюжным уловке, два раза был провален, причем Калюжный со своим спутником смеялся в лицо филеру. […] 8 сего мая филер, наблюдавший за домом Томамышева, так суетился, ходя по тротуару искусственно скорой походкой, и так неумело старался прятаться за угол и за извозчика, в целях не быть замеченным, что не мог не обратить на себя внимание даже человека, совершенно непосвященного в тайны наблюдательного дела»); но главное – неумение грамотно воспользоваться полученными сведениями. Пример Спиридович приводил как раз из дознания по делу о социал-демократическом кружке. Жандармы получили ниточку, ведущую к тайной типографии, но из-за чересчур поспешной февральской «ликвидации» не сумели ее обнаружить. «При подобной обстановке дела нужны особые счастливые обстоятельства, чтобы тифлисское управление дошло когда-нибудь до типографии», – замечал Спиридович. Он отмечал также медлительность в производстве дознаний и, кроме того, «крайне ненормальные взаимные отношения чинов тифлисского губернского жандармского управления, а равно ненормальные же отношения сего последнего к местному жандармскому полицейскому управлению железных дорог»[340].