Наш знакомый герой
- Автор: Драбкина Алла Вениаминовна
- Год: 1987
- Язык: русский
- Год: Лениздат
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «Наш знакомый герой». Краткое содержание книги:
В повести «Год жареного петуха» речь идет о судьбах людей, которым «за тридцать». Писательница ратует за духовную высоту людских отношений, борется с проявлениями мещанской психологии.
— Ну, пойми же ты, что ты — искусствовед, а она — кошка, — смеялась над ним Туча, но он злился на нее за попытку внести в эту историю юмор. Она не казалась ему пустяком. Да это и был не пустяк.
Дело в том, что к Анастасии, когда она родилась, он относился почти так же, как к кошке. Разве что не бил. Но та же смесь ненависти и страха была у него на лице, когда Туча давала ему подержать дочь. («Я знал, что не буду жить с Танькой, потому не хотел привыкать к ребенку», — будет он оправдываться потом, опять изворотливо уходя от истины.) В чем же истина? Думаю, что он был болен. Как я узнала недавно, Туча тоже в последнее время подозревала это и потому пристально следила за Анастасией, боясь, что болезнь Опрощенца наследственна. К счастью, Анастасия уж скорей унаследовала характер героической кошки, но не отцовский. Анастасия тоже родилась гордой, мужественной, но и упрямой.
В возрасте пяти месяцев она оплевала Опрощенца кефиром, когда он вздумал подразнить ее и отнять бутылочку. А он замахнулся на пятимесячного ребенка… Вот какая была п р а в д а, вот в чем могла упрекнуть его Туча, да и упрекала, не подозревая, что эти странности мужа лежат далеко за гранью нормы. Но и хорошо, что она не понимала тогда, что это — болезнь, потому что если б она стала относиться к мужу, как к больному, то терпела бы его до сих пор. «Я должна была заставить его быть счастливым…» А если бы это получилось? Верится с трудом, но она до сих пор угрызается по этому поводу. И чем черт не шутит — вдруг и правда могла?
Но тогда она не подозревала о его болезни, относилась к нему как к равному, обижалась на него, оскорблялась, хотела любви, которой он не мог дать, потому что душа его была ущербна, и кончилось тем, что он возненавидел ее, мелко и мстительно. Жизнь их стала невозможной.
Однажды ночью он ушел от нее, ушел, как пришел, — без вещей, без денег, с зубной щеткой в карманчике пиджака.
Туча не любит вспоминать о нем, потому что считает, что закрыла ему возможность любви, толкнула его в мещанское болото. А по-моему, он живет там весьма уютно. Над ним не каплет. Однако какое право имеем мы отказывать другим в том, что у них тоже есть душа.
Итак, неудачная семейная жизнь Тучи по-своему предостерегала меня, я хотела оказаться хитрее и осторожнее, но осторожность в юности — удел калек.
Виктор носил маску п р о с т о г о человека, был откровенно недалек, не рисовал в стихе гохуа и не воевал с кошками, а даже имел одну в доме. Сколько времени он избегал меня после моего нелепого подарка? Кажется, месяца два, хотя в тот долгий год мне казалось, что вечность.
Потом он вдруг как ни в чем не бывало появился у Тучи (хороший сосед) и даже обрадовался, встретив меня. Меня, помню, подкупило его сочувствие Туче, то, что он встал на сторону женщин и кошек, а Опрощенца брезгливо возненавидел. Но сейчас мне кажется, что дело не в том, что возненавидел, а п о ч е м у возненавидел. Все-таки Опрощенец был сложен, в характере его было два начала: мужское и женское, как это бывает у людей сложных, творческих, даже если творческие способности не проявлялись ни разу на деле. И потом, судя по тому, как изворотливо Опрощенец оправдывал свои ни с чем не сообразные поступки, можно предположить, что он догадывался о своей болезненной ненорме, знал себя самого. Виктор, во-первых, себя самого не знал ни на йоту, а во-вторых, будучи мужчиной, да нет, просто мужиком в чистом виде, ненавидел все, что устроено не так просто. Себя самого он видел настоящим мужчиной, деятельным и таким, которому пальца в рот не клади, пускай неспособным красиво болтать языком, но надежным. Что за миф была эта надежность!
Но все равно — спасибо молодости за то, что я не видела этих явных несообразностей его характера, спасибо молодости за то, что я так отчаянно ошиблась и так безнадежно билась головой об стенку этой его глухой простоты.