Избранные произведения в одном томе

— Дэвид Лайл, — сказал он. — Почетный профессор университета Маргалы, историк. Друг Винтера.

— Хорошо, — кивнула я. — Ты узнал о нем из дневников Винтера?

— Нет. Просто я стал выяснять, кто еще из ученых разделял интерес Робина к неопознанным кораблям.

— Ты с ним связался?

— Он был занят. Ухаживал за садом.

— Что?

— Похоже, сад для него — главное в жизни, — устало вздохнул Алекс. — Пока он размышляет, что стоит мне выкладывать, а что нет.

— Думаешь, он что-то знает?

— Судя по его реакции на вопрос о смерти Винтера, сомнений быть не может.

— И что он сказал?

— Сказал, что сажает джульпаны.

После этого Алекс сел в кресло и проворчал что-то насчет людей с завышенным самомнением.

— Что о нем известно? — спросила я.

— Он автор нескольких статей. В одной из них упоминается о появлении неопознанного корабля тысячу лет назад, у Аквариума. Диспетчеры станции будто бы услышали по радио слова, произнесенные на неизвестном языке. Голос был явно человеческим, но с этим языком они никогда не сталкивались.

Разумеется, за последнюю тысячу лет никто не сталкивался ни с одним неизвестным языком. Таких давно уже не существовало.

— Видимо, тот самый корабль, который появился у Аквариума, если верить дневнику Винтера, — сказала я.

— Совершенно верно. И Лайл, и Винтер несколько лет работали в университете Окснэма, в пятидесятых годах прошлого века. Там они и подружились. Если между Вильянуэвой и загадочными кораблями есть связь, вполне вероятно, что Винтер указал на нее Лайлу.

— Где он живет?

— В Шен-Чи. Около ста километров от Виргинии.

— Такое впечатление, будто все крутится вокруг этого острова.

— Похоже на то.

— Он тебе перезвонит?

— Сказал, что да.

— Хочешь, чтобы я была при разговоре?

— Да.

— Зачем?

— Может быть, он не захочет говорить при посторонних. Лучше иметь рядом того, кого можно попросить уйти.