На восток [litres]

Командиры минных отрядов быстро вернулись на мостики своих пришвартованных к броненосному крейсеру кораблей и двинулись на юг, для прояснения обстановки. Впереди в слабых лучах катерных прожекторов и тусклом мерцающем свете догоравших ракет мельтешили многочисленные перепончатые паруса рыбацких джонок.

До линии дозора было меньше мили. С такого расстояния казалось, что они накатываются сплошной волной. Причем эта волна уходит далеко на запад и на восток и имеет ширину едва ли не во весь пролив. Их были десятки, и они уже достигли катерной завесы, начав обволакивать ее. При этом вся эта шевелящаяся серая масса надвигалась без стрельбы. Палили из всех стволов только катера, пробивая прорехи во враждебно молчащем строе, начавшем огибать их со всех сторон.

Угодившие под обстрел быстро роняли паруса, порой вместе с мачтами. А подавляющее большинство еще целых стремились скорее разминуться с небольшими очагами опасности и пройти дальше. Но они все так же не стреляли, в зловещем молчании и тишине скользя по черной воде.

Экипажам судов передового шлюпочного дозора, довольно быстро охваченным этим движением со всех сторон, оно леденило кровь сильнее, чем кинжальный огонь в упор. Да и на некотором расстоянии (как, к примеру, для миноносцев) это выглядело непонятно и пугающе. Впрочем, довольно скоро выяснилось, что столь масштабным и интригующим был всего лишь отвлекающий маневр.

Увлекшись расстрелом многочисленных лодчонок, катерники не заметили приближения реальной опасности в виде сразу пяти небольших пароходов, вклинившихся в их строй со стороны западного берега пролива. Сблизившись с двумя крайними в передовой завесе катерами, пароходы открыли частый и точный огонь, моментально выбив всю артиллерию и пулеметы у своих противников. Один из них даже «выдохнул» облако пара из прошитого котла, сразу лишившись хода.