На восток [litres]

Предположив, что отряд Небогатова уже разгромлен внезапно напавшими на него превосходящими силами японского флота, а это их разведчик, выискивающий оставшиеся русские суда, Энквист распорядился передать на конвой приказ: «Отходить полным ходом во Владивосток!», а сам повел старый броненосный крейсер в атаку, надеясь при помощи миноносцев хотя бы задержать противника и дать транспортам время до темноты. Но тут разглядели передаваемый с подозрительного судна наш опознавательный сигнал.

На него послали запрос о принадлежности и после получения верного отзыва и краткого пояснения о причине своего появления принялись сигнализировать на удалявшиеся транспорты отбой предыдущего распоряжения и приказ приблизиться к флагману.

Обменявшись еще несколькими семафорами с гонцом от главных сил, прояснивших общую ситуацию и ближайшие планы и задачи, Энквист поспешил вернуться к устью пролива Таиродате, куда следом подтянулись и миноносцы, попутно осмотрев и разгромив обнаруженную под сигнальным постом у мыса Шимозаки небольшую стоянку рыбацких джонок.

Хотя возможность военного использования этих хлипких суденышек, тихо просидевших там весь день, казалась очень сомнительной, в преддверии ночи оставлять у себя за спиной хоть что-то чужое и плавающее Энквист опасался. Самих рыбаков доставили на «Нахимова» для допроса. А конвой, ведомый трофеем, ушел в Хакодате, скрывшись за горизонтом на севере еще до заката.

Остаток светлого времени суток контр-адмирал Энквист потратил на сбор и обобщение сведений о противнике. Из того, что удалось узнать от доставленных миноносцами свежих пленных из залива, самым важным было наличие у японцев в здешних водах организованного соединения судов, специально созданного для быстрых минно-заградительных операций. В него входят несколько вооруженных пароходов, около десятка катеров, а также несамоходные перестроенные угольные плашкоуты, для буксирования которых в ходе учений привлекались пароходы, потопленные «205-м». Такие новости требовали максимальной осторожности при планировании дальнейших действий.

До своего назначения начальником отряда крейсеров в эскадре Рожественского Оскар Адольфович два года являлся командиром Николаевского порта и градоначальником города Николаев, а до этого, за тридцать два года морской службы, в том числе и на Дальнем Востоке, ни разу не принимал участия в военных кампаниях.

Сейчас у него уже имелся опыт похода и Цусимы за спиной, но приступы неуверенности в себе все еще «накатывали», и принимать самостоятельные решения в боевой обстановке для него оставалось очень не простой задачей. Это значительно облегчилось после того, как Добротворского, целиком подавлявшего представительного внешне, но чрезмерно добродушного внутри контр-адмирала, вместе с отрядом крейсеров вывели из подчинения Энквиста. Но все же до сих пор давалось нелегко.