Обретение надежды
- Автор: Герчик Михаил Наумович
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Мастацкая лiтаратура
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Обретение надежды». Краткое содержание книги:
Надежда… Это она даёт силы и больным и врачам бороться за торжество жизни.
Сигарета дотлела до фильтра, Ниночка поперхнулась горьким дымом и выбросила окурок в приоткрытое окно. Взметнулся на гранитной стреле бронзовый Гастелло — застывшее движение, прекрасное в своей стремительности. Дорога пошла нырять в глубокие лощины, карабкаться на подъемы. Пустые печальные ржища тянулись по ее обочинам, окаймленные у горизонта синими сосняками, а потом их сменили картофляники — разноцветные платочки девчат, трактора, телеги, дымок костров… Нина явственно ощутила запах печеной картошки, обжигающе горячей, с хрустящей корочкой, и сглотнула слюну. Нашарила в сумке бутерброды с сыром, разломала на три части. Заикин тут же проглотил свою долю, смешно двигая прижатыми к черепу ушами, Сухоруков отказался. Нина отдала Жоре и его порцию, пожевала сама. Сыр был вязкий, как резина, хлеб подсох. Но чувство голода прошло.
Вскоре потянулись деревянные окраины Молодечно. У колонки, где женщины брали воду, Сухоруков притормозил, назвал адрес. Ему обстоятельно, словоохотливо объяснили, куда ехать, где сворачивать.
Старцев жил на узкой улочке, примыкавшей к железной дороге. Сухоруков остановил машину дома за три, устало прижался лицом к рулю.
— Но могу, — хрипло сказал он. — Зайди к соседям. Если что — все знают. Не могу…
Нина вышла, одернула измятую юбку, поправила волосы. За невысоким штакетным заборчиком в палисаднике, густо засаженным сиренью, пожилая женщина в старом мужском пиджаке сгребала опавшие листья. Она с любопытством посмотрела на остановившуюся «Волгу».
Нина подошла к штакетнику.
— Добрый вечер.
— Вечер добрый, — приветливо ответила женщина. — Или ищете кого?
— Старцева, Ивана Степановича. — Ниночка почувствовала, что у нее пересохло во рту.
— Ивана-то? А вон его дом, с зелеными ставнями, — показала женщина черенком граблей. — Толечко он из магазина пришел.
Ниночка ухватилась за штакетину.
— Откуда? — у нее никак не укладывалось в голове, что человек, которого они мечтали застать просто живым, преспокойно расхаживает по магазинам. — Ах, да… — спохватилась она, поняв, как нелепо прозвучал ее вопрос. — Укачало, знаете, дорога… У вас водички не найдется?
— Найдется, найдется, — засуетилась хозяйка. — На лавочку присядьте, я мигом.
Бросив грабли, она пошла во двор. Нина подбежала к машине. Сухоруков сидел, сгорбившись и прижавшись щекой к баранке, глаза у него были прикрыты.
Нина просунула руку в приспущенное стекло и тронула его за плечо.
— Он только что вернулся из магазина, — сказала она. — Слышишь: он вернулся из магазина. Погодите, я попью.
— Принеси и мне, — пробормотал Сухоруков и растер ладонью лицо.
Напившись, они проехали еще метров пятьдесят, и Андрей прижался к обочине. Небольшой деревянный дом, по-хозяйски ошалеванный и покрашенный буроватой краской, смотрел на улицу сквозь палисадник тремя окнами, задернутыми гардинами. Широкие подоконники были заставлены цветами в глиняных горшках.
За забором виднелся сад, кое-где на деревьях еще висели яблоки.
— Значит, так, — сказал Сухоруков, — едем на Нарочь, вспомнили адрес, решили проведать.
Во дворе уже заливалась, почуяв чужих, собака. Худощавый мужчина в нижней рубашке вышел из калитки и уставился на приезжих: рыжие брови пучками, как сухая трава.
— Андрей Андреевич! — тоненьким голосом крикнул он. — Георгий Захарович! Ниночка… Гостейки мои дороженькие! — Иван Степанович конфузливо запахнул на груди рубашку. — Ганна! Ганна, примай гостей!
— Да мы на минутку, — сказал Сухоруков. — Так, знаете, по пути.
— И знать ничего не хочу! — Старцев распахнул калитку. — Заходьте, заходьте, у нас кобель только брехать мастак, не тронет. А ну, марш в будку!
На крыльцо вышла, привлеченная его криком, Ганна, еще не старая, простоволосая, стрельнула по приезжим веселыми глазами, с достоинством поклонилась:
— Просим в хату. Душевно вам рады.
Неловко переминаясь, Нина, Сухоруков и Заикин зашли через просторные сени в хату. В хате пахло антоновкой, груда яблок янтарно светилась в плетеном лукошке на столе.
Хозяйка сняла его, поставила на табурет.
— Садитесь, гостейки, видать, сдорожились. Отдыхайте, яблочек отведайте. Мы зараз…
Она была похожа на свою хату — такая же ладная, чистая и уютная. Доктора и оглянуться не успели, как на столе уже появилась свежая скатерть. Напрасно они отговаривались, что заехали на минутку, Иван Степанович и слышать не хотел.