Обретение надежды
- Автор: Герчик Михаил Наумович
- Год: 1976
- Язык: русский
- Год: Мастацкая лiтаратура
- Жанр: Классическая проза 20 века
Электронная книга - «Обретение надежды». Краткое содержание книги:
Надежда… Это она даёт силы и больным и врачам бороться за торжество жизни.
— Правда, — подтвердил Андрей Андреевич. — Чистая правда.
— А они не верят! — Иван Степанович подвинул свой стул к Сухорукову. — Ты, говорят, дядька Иван, никому не рассказывай, а то какая шпана найдется, захочет из тебя то золото выковырять. Кукиш, говорю, с маслом. Оно свое дело сделало и улетучилось, больше ни хрена не осталось, А я, может, через это домой здоровый возвернулся, и еще не один паровоз в божеский вид приведу. — Он довольно вытер платком рыжие, жесткие усы. — Вот вы мне разъясните, товарищи доктора, один вопрос, очень он меня интересует, а Валик-лаборант по этой части слабоват. Я — человек рабочий, жена моя, Ганна Емельяновна, тоже крановщица, портальным краном заводовает. Сын у нас фрезеровщик, и дочка в детском садике воспитательницей. Само собой, внуки имеются. Живем мы, как говорится, не хуже людей: и хлеб есть, и к хлебу скварка, и к скварке чарка. Однако, особых, я вам прямо скажу, капиталов у нас нету. А мы ж с Ганной и за панским часом жили, это дети у нас привыкли оладку с двух боков маслом намазывать, горя не нюхали, мы-то нюхнули. Вот вы мне разъяснение сделайте, мог я, по моему достатку, в таком институте, как ваш, лечиться, ежели бы, к примеру, с меня за все наличными лупанули?
Сухоруков, Ниночка и Заикин переглянулись.
— Что вам сказать, Иван Степанович, — Сухоруков осторожно сгреб со скатерти крошки и высыпал в блюдечко. — Недавно наш заместитель директора по науке, Жарков Игорь Иванович, в Америку ездил. Знакомился, как у них это дело поставлено. Полгода пробыл, все посмотрел. Получается там вот какая петрушка… День в палате — до 100 долларов. Сколько вы у нас пролежали?
— Да почти три месяца.
— Считаем, семьдесят пять дней. Вот вам семь тысяч пятьсот. Одно облучение на бетатроне — еще полсотни. У вас пятнадцать сеансов было, сосчитать не трудно. Любой анализ — двадцатка. Операция, препараты — тысяч двенадцать на круг.
— Двенадцать тысяч, — покрутил головой Иван Иванович. — Теперь прибавляй. Пока я у вас лежал, мне зарплата полностью шла, до копеечки. Полтыщи с хвостиком по бюллетеню. Опять же, еще пока на работу выйду, сотни две набежит, а то и поболе. Профсоюз полста помощи оказал, для усиления, так сказать, питания, и путевку бесплатную на четвертый квартал в санаторию выделил — оно тоже сто двадцать рубликов стоит. Ничего, себе! Это выходит, что при моей болезни живьем в землю лезь! Интересная получается арифметика…
2
Уже стемнело, когда они распрощались с гостеприимными хозяевами и выехали в обратную дорогу. Спешить было некуда, в Рогачев предстояло приехать к утру. Сухоруков передал руль Заикину, пересел к Нине, на заднее сиденье.
— Бодрый старик, — сказал Жора. — Говорун…
— Это он теперь заговорил, — откликнулся Сухоруков. — Можно сказать, с того света вернули. Кстати, не без помощи золота. Того самого, что для лабораторных испытаний… Столько в нашем деле еще непознанного, неясного. Длина пробега излучения изотопа золота — миллиметры, а ведь появятся препараты с длиной пробега в сантиметры. Тогда можно будет убивать не клетки — целые опухоли, обходиться без тяжелейших операций. Ох, сколько тут работы! — Он тронул Нину за руку. — Если меня уберут… Ладно, ладно, не мотай головой, меня наверняка уберут. Конечно, на какое-то время все затормозится, но ненадолго. Не мы одни работаем с золотом, комитет утвердит, и все будет нормально. Так вот, ты мне пообещай, что не бросишь. Нужно научиться вводить в лимфатические сосуды. Всехсвятских продолжит изучать внутривенное, а ты — лимфососуды. Подвести ко всем возможным местам скопления злокачественных клеток. Слышишь? Договорились?..
— Если тебя уберут, я тут же уйду, — глухо ответила Нина. — Я уже давно отсюда ушла бы, если б не ты, давно.
— Глупости. Никуда ты не уйдешь. Жора, в понедельник, на всякий случай, запроси в поликлинике все анализы Старцева. Пусть пришлют копии. Что ж, в сущности, к Цыбулько можно бы и не ездить. Картина примерно та же, думаю, и результат будет тот же. Но раз уж вы такие хорошие… Я подремлю, а? Устанешь, разбуди.
Он прилег на сиденье, положив голову Нине на колени, и она осторожно погрузила пальцы в его волосы. Волосы были мягкие, как чесаный лен. Встречные машины хлестали по стеклам широкими световыми полосами. Андрей взял Нинины руки и прижал к губам.
— Все будет хорошо, — прошептала она, чувствуя, как к горлу подкатывает ком. — Все будет хорошо, вот увидишь.
…На рассвете они добрались до деревни Приречье, километрах в пятнадцати за Рогачевом, ближе к Довску. Сторож в ватнике и рыжем малахае дремал на ступеньках сельпо, охватив обеими руками связанную проволокой берданку.