Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России

Оргкомитет новой еврейской партии собрался в Петрограде в августе. Прибыли представители столицы, а также Харькова, Москвы и Витебска[772]. В том же месяце московский Еврейский демократический союз решил принять программу Фолкспартей, и новая партия стала обретать общенациональный масштаб. Когда фолкистские и национал-демократические группы объединились в общероссийскую партию, руководители объединенной партии Крейнин и Перельман приехали к Дубнову и попытались убедить его вернуться к политической деятельности, а главное — участвовать в выборах Всероссийского учредительного собрания. Дубнов согласился на участие, хотя, по его словам, рассчитывал, что оно будет номинальным: «Я объяснил, что решил уйти от политической деятельности, но должен в силу веления совести согласиться на номинальное вступление в комитет, ибо мой отказ бросил бы тень на задачи обновленной партии»[773]. Хотя постепенно Дубнов стал более сговорчив и вернулся в партию, этот инцидент показывает, что его приверженность идеологической чистоте была постоянным препятствием для развития крупной автономистской организации. Очевидно и то, что партию вполне можно было создать и без участия ее духовного руководителя.

Требования тех или иных национальных прав для евреев появлялись едва ли не в каждой публикации или партийной программе, и хотя фолкисты могли в какой-то мере считаться первопроходцами автономизма, им необходима была новая, созвучная времени программа, которая отличала бы их от других партий. Петроградское отделение Еврейского демократического союза теперь называло себя левым крылом Еврейской народной партии, поскольку в основном состояло из бывших членов «Поалей Цион» и активно выступало за социализм в России[774]. Среди его лидеров были петербургские фолкисты, в прошлом основатели «Ди идише велт» — Исроэл Ефройкин и Нохем Штиф; члены группы «Возрождение» Вульф Лацкий-Бертольди (1881–1940) и Макс Лазерсон (1887–1951), товарищ директора департамента национальных меньшинств в Министерстве внутренних дел в правительстве Керенского (Керенский, представитель трудовиков, стал вторым главой Временного правительства)[775]. Еврейский демократический союз опубликовал программу, гласившую, что его руководящими принципами будут «начала демократии, социализма и самоопределения национальностей в области политической, хозяйственной и межнациональных отношений»[776]. Несмотря на упоминание социализма в преамбуле, программа Союза была прежде всего направлена на достижение еврейской национальной автономии и самоуправления и не имела существенных отличий от старой программы Еврейской народной партии 1906 года. Отражая политические реалии 1917 года, новая программа призывала к «децентрализации» всей России и перераспределению власти через региональные и национальные автономии и местное самоуправление[777].