Права нации. Автономизм в еврейском национальном движении в позднеимперской и революционной России

Радость российских евреев из-за краха царизма омрачалась тревогой за свое будущее в новой стране — или странах. С. А. Ан-ский, находившийся в то время в охваченной войной Галиции, узнал об отречении царя от военного врача, кричавшего «Мазл тов! Мазл тов!» («Поздравляю!»). Но вслед за этим, отмечает Ан-ский, евреев охватил страх: что будет дальше?[758] Как и другие меньшинства, они немедленно стали учреждать независимые от власти национальные институции, призванные обеспечить народу защиту, представительство и даже самоуправление[759]. Пусть исчезло препятствие к равноправию, однако никто не мог гарантировать, что завтра на смену царскому режиму придет правительство более чуткое к устремлениям евреев — гражданским и национальным.

С распадом Российской империи в ходе Первой мировой войны евреи, как и другие национальные меньшинства, потребовали себе права национальной автономии. Тот факт, что большинство российских евреев жило в окружении других национальных групп, требовавших территориальной независимости или автономии в рамках федеративного государства, побуждало еврейских автономистов выдвигать такие же требования и для себя. Хотя в годы войны ЕКОПО уже превратился во что-то вроде протоправительства, лишь в 1917 году впервые представилась возможность полноценно воплотить идею еврейской автономии в России. Пользуясь новыми политическими свободами, активисты учредили многопартийный Еврейский национальный совет и планировали созвать Всероссийский еврейский съезд, который взял бы на себя определение сути еврейских национальных требований и формы автономии в России. Одновременно с этим активисты основывали органы самоуправления еврейских общин по всей России и Украине, а петроградская община взяла на себя ведущую роль в определении обязанностей еврейского самоуправления на местном уровне.

Общим требованием всех еврейских партий была автономия в новом государстве, в той или иной форме. Февральская революция расчистила поле российской политической и общественной жизни, и, как и все остальные группы, евреи расходились во мнениях о том, какая форма правления должна прийти на смену самодержавию. В этой главе анализируется институциональное и политическое планирование еврейской автономии в России между Февральской революцией и Октябрьским переворотом 1917 года и дается оценка влияния радикальных перемен в российском обществе на политические взгляды евреев. Конституционное или революционное государство, социализм или либерализм, гражданские права личности или национальное самоопределение — все эти вопросы превращали организацию Всероссийского еврейского съезда, общие выборы во Всероссийское учредительное собрание и органы местного еврейского самоуправления в поле битвы между противоборствующими идеологическими представлениями о будущем. Среди прочего в исторических процессах, которые в итоге привели к провалу идеи еврейской автономии в революционной России, отразились более общие идеологические конфликты при переходе России к новому общественному порядку.