Тени нашего прошлого. История семьи Милтон [litres][The Guest Book]

Мосс махнул рукой, указывая на освещенное окно:

– Бессмертные ужинают.

Джоан улыбнулась. Он прав. Сидящие за столом выглядели так, словно неподвластны времени.

– От этого у меня возникает желание что-нибудь разбить.

Джоан с удивлением посмотрела на Мосса. Свет из окна падал на его лицо, и он выглядел так, будто слушает что-то такое, чего не слышат остальные, и это завораживает его. Он вылил в рот остатки пива из банки.

– Почему? – спросила она.

– Пока не разобьешь, ничего не увидишь.

Неужели это правда? Она скрестила руки на груди. Мосс напоминал ее босса – то же воодушевление в вечном противостоянии миру.

– И у тебя останутся только осколки, – сказала она.

Мосс покачал головой:

– Осколки, чтобы разбить их на другие осколки.

Джоан задумалась.

– Тебе знакомо это чувство, когда ты стоишь перед картиной или слышишь последние несколько нот песни? Словно в тебя ударяет молния. Осознание: ты не одинок.

– Ты не одинок, – возразила она. – Посмотри на всех нас, посмотри на это место…

– Но мне хочется создать нечто большее… – Он был серьезен. – Выходящее за границы всего этого…

– Что это может быть, Мосс? Что больше этого места? Оно чистое и цельное. Здесь все так, как должно быть.

Он ответил не сразу.

– Все не так, Джоан. – Мосс покачал головой. – Или я не такой.

– С тобой все в порядке.

– Я недостаточно хорош для этого места.

– Ты ошибаешься, – возразила она.

В столовой Китти встала и начала расставлять тарелки для десерта.

– Тогда я этого не хочу.

– А чего ты хочешь?

– Я хочу, – тихо сказал он, не отрывая взгляда от матери, – чтобы люди смотрели на меня, только на меня, а не сквозь меня, как будто они ищут кого-то другого.

Джоан смотрела, как их мать снова занимает свое место за столом. Потом тронула брата за руку.

– Пойдем, – сказала она и сжала его локоть. – Возвращаемся.

– Вот вы где! – воскликнула Китти, увидев их. – Идите сюда. Бедный Дикки был очень терпелив со мной и совсем извелся.

– Вовсе нет, миссис Милтон.

– Вовсе не терпелив? – поддела его Эвелин.

– Совсем не извелся, – улыбнулся Дикки.

Мосс протянул ему холодную банку пива и консервный нож; он все еще находился под впечатлением того, что понял там, в темноте за своей спиной, и, недолго думая, откашлялся и поднял банку:

– Тост.

Один за другим все повернулись к нему. Он поправил очки на носу.

– В современном мире есть один гений, – медленно начал Мосс. – Человек, который понял, как заставить нас слышать большие пространства звука, в которых возможно все. Мистер Майлз Дэвис…