На сибирских ветрах. Всегда тринадцать
- Автор: Бартэн Александр Александрович
- Год: 1983
- Язык: русский
- Год: Советский писатель. Ленинградское отделение
- Жанр: Советская классическая проза
Электронная книга - «На сибирских ветрах. Всегда тринадцать». Краткое содержание книги:
Роман «На сибирских ветрах» посвящен людям молодого, бурно развивающегося города Новинска, за четверть века поднявшегося среди вековой сибирской тайги. Герои романа — рабочие, инженеры, партийные и советские работники, архитекторы, строящие город, артисты Народного театра. Люди разных специальностей, они объединены творческим отношением к труду, стремлением сделать свой город еще красивее. Большое место в жизни молодых героев романа занимает искусство — оно помогает им жить яркой, наполненной жизнью.
Тема искусства становится основной в романе «Всегда тринадцать». Писатель показывает пути, которыми приходит молодежь в цирк, — заводские кружки, спорт, самодеятельность, цирковое училище. В романе раскрыта красота будничного труда артистов, безраздельно преданных своему искусству.
— Мне это известно, но не только это, — все с той же жесткостью оборвал Радыгин. — Известно и то, что иногда перехваливаем, излишне авансируем знаками внимания, а от этого начинает голову кружить, море становится по колено...
— В том и беда, что не замечалось такого, — вздохнул Бурмин.
— Не замечалось? — переспросил Радыгин и, наклонясь над столом, опять передвинул бювар. — Если бы все на виду, на ладошке было — нам бы проще простого было с вами жить. Не жизнь была бы, а блаженство санаторное!.. Ваша вина, Денис Петрович, в том, что слишком часто прекраснодушным иллюзиям предаетесь, будто в Новинске у вас проживают одни только ангелы да праведники. Слушал на днях начальника вашей городской милиции. Что-то не распространялся по поводу ангелов. Напротив, признавал, что имеют место правонарушения, что раскрываемость еще не стопроцентная. Это к слову. А теперь о главном. С какими прибыли предложениями?
Переход был внезапным, но для Бурмина естественным: привык к тому, что Радыгин, каких бы отступлений себе ни позволял, в конечном счете возвращался к сути разговора.
— Жду ваших предложений! — повторил Радыгин. И, уловив заминку, опять взорвался: — Партия, правительство, весь народ неослабно следят за работой сибиряков, гордятся этой работой, а мы... Может быть, додумались выкинуть флаг бедствия, законсервировать Чурым?
— Ни в коем случае, Борис Захарович! — твердо ответил Бурмин. — Решение возможно только одно: собрать воедино все силы...
— Силы? А где их взять? Вы же сами только что обрисовали такую картину...
— Верно, что неприглядна она, — согласился Бурмин. — Верно и то, что в одиночку мы не добьемся перелома. Однако, если бы область пришла к нам на помощь, поделилась своими ресурсами...
— Предположим. А как намерены поступить с самим Золотухиным?
Вопрос был задан сердито, но Бурмин не замедлил на этот раз с ответом:
— Считаю, Борис Захарович, что освобождать не следует!
— Ах вот как! Не следует? — возмутился Радыгин. — Руководитель крупнейшей строительной организации, коммунист, член бюро городского комитета партии допускает черт знает что, а мы... Все та же дурная тенденция, Денис Петрович! Все та же боязнь, как бы вам «варяга» не подослали! Какой угодно — только бы свой!.. Так прикажете понимать?
С запальчивостью этой Бурмину случалось сталкиваться и раньше. Обычно отшучивался или отмалчивался, но на этот раз не захотел:
— Были бы слабы наши кадры, Борис Захарович, — не забирали бы, вероятно, к себе в аппарат обкома!
Радыгин в ответ еще сильнее нахмурился, а потом вдруг улыбнулся: любил собеседников, не остающихся в долгу.
— Ладно. Не время сейчас препираться. К Золотухину я сам относился всегда положительно. Но как же работать ему после случившегося?
— Нелегко придется, Борис Захарович. В этом с вами согласен. И Дмитрия Дмитриевича предупредил о том же... Но я из чего исхожу? Опыт у него богатый. Этого не отнимешь. Войну отважно прошел. Да и сейчас сумел себя преодолеть — сам предложил — в любом, даже самом рядовом положении выправлять свои грехи. И, наконец, еще одно соображение. Менять руководство, да еще в такой момент — дело для коллектива болезненное, лихорадящее...
— Еще бы! — согласился Радыгин. — И все же иногда приходится...
— Попробуем, Борис Захарович. Что касается Сергуненкова, я снесся с главком, договорился, что он задержится. Тоже послужит на пользу... Можно пригласить Золотухина?
Радыгин досадливо повел плечами. И все-таки — по какому-то неуловимому признаку — Бурмин догадался, что настроение первого секретаря обкома переменилось.
— Прошу вас, Борис Захарович! Выслушайте Золотухина!
Еще раз кинув на Бурмина острый взгляд, Радыгин шумно вздохнул:
— Что с вами сделаешь, Денис Петрович! Однако запомните: если прожекты ваши окажутся несостоятельными и, следовательно, прорыв не удастся устранить... Тогда уж не взыщите. С обоих будем спрашивать. И с Золотухина, и с вас. Понятно?
Еще раз пройдя наискось кабинет, вернулся к столу, сел за стол:
— Понятно?.. Теперь зовите!
Глава восьмая
Работы в женской консультации подошли к концу. Сложив инструмент и прибрав за собой, отделочницы готовились покинуть здание, а персонал консультации тут же спешил с последними приготовлениями к открытию: расставляли мебель, стелили дорожки, вешали гардины, прибивали указатели к дверям лечебных кабинетов. Тут же работала приемочная комиссия. С пристрастием все осмотрев и проверив, на этот раз она приняла объект с хорошей оценкой.
Вместе с комиссией приехал и Кубасов. Выбраться было ему нелегко: бок о бок с Бурминым и Сергуненковым все эти дни помогал ликвидировать прорыв в управлении строительства. И все же выбрался. И поздравил Сидельникову с успешным завершением работ: