Электронная книга - «Конец партии: Воспламенение (СИ)». Краткое содержание книги:
- Ну, вижу. И что он?
- Потом расскажу, - ответил Антуан, бросив взгляд на висящие над входом часы. - Скоро перерыв кончится, а мне еще речь повторять… заглянешь завтра вечером ко мне? Пропустим по стаканчику, а я тебе заодно пожалуюсь…
- Хорошо, я приду, - я смотрела на него во все глаза. Может, и он тоже сошел с ума? Уж слишком напоминали мне о безумии бледность Антуана и его лихорадочно бегающий из стороны в сторону взгляд. Но я не успела ничего спросить - даже не допив кофе, Сен-Жюст на всех парах вынесся из буфета. Юноша в сером сразу же снялся с места и вышел следом.
Меня начало одолевать беспокойство. Антуан не из тех, кто станет поднимать панику без повода. Но кто может его преследовать? Может, надо кого-нибудь предупредить?
Я поискала глазами, с кем можно поделиться своими подозрениями, но из более-менее знакомых лиц увидела в зоне досягаемости только Кутона. Пришлось подойти к нему.
- Добрый день, - его, кажется, удивило мое неожиданное внимание. - Что у вас?
- За Анту… то есть, за гражданином Сен-Жюстом следят, - сразу доложилась я, забыв даже про элементарную вежливость. Брови Кутона медленно поползли вверх.
- Следят? Кто?
- Не знаю, парень какой-то, - ответила я тревожно. - Я его видела, да и сам… гражданин Сен-Жюст его заметил. Он, кажется, боится, может, надо куда-нибудь доложить?
- Доложить? - повторил Кутон рассеянно, потирая переносицу. - Не надо пока никуда докладывать. Я сам у него спрошу.
И с достоинством укатился прочь. Мне тоже ничего не оставалось, кроме как уйти. По крайней мере, свой гражданский долг я выполнила, а остальное Антуан сам мне расскажет - если, конечно, до завтрашнего вечера с ним ничего не случится.
========== Глава 21. И вспыхнет пламя ==========
Идя в гостиницу “Соединенные Штаты”, я не могла понять, почему на душе у меня так тяжело. Я хотела поговорить с Антуаном, пожаловаться ему, спросить совета, выплакаться, если дело до того дойдет - и в то же время отчаянно боялась этого разговора. Не сделаю ли я только хуже? Я пыталась убедить себя, что Антуан поймет меня, как никто другой не понял бы, но вера в это была настолько хрупка, что могла рассыпаться в пыль от малейшего потрясения. Я чувствовала это и, не отдавая себе в этом отчета, при приближении к гостинице замедлила шаг. Это было глупо, но я всей душой хотела оттянуть встречу с Антуаном, вопреки тому, что столь же яро ожидала ее.
Поднимаясь по лестнице, я едва не споткнулась о какие-то тряпки, раскиданные на ступеньках, и мне потребовалось несколько секунд, чтобы понять, что ворох ветоши - это живой человек. Я узнала его в один миг - это был тот самый парень, от которого вчера утром пытался скрыться Сен-Жюст, - и невольно отступила, хотя никакой угрозы от парня не исходило. Да он и вовсе меня не заметил, и причиной тому был сморивший его глубокий сон. Юноша даже не пошевелился, только засопел громче обычного и как-то обиженно причмокнул губами - очевидно, какая-то соблазнительная греза ускользала от него, нарушенная моим неловким вторжением. Осторожно, на цыпочках, я обогнула спящего и почти побежала по коридору, горя желанием как можно скорее закрыть за собой дверь комнаты.
На мой стук ответили не сразу. В комнате Антуана послышалось какое-то шевеление, но на этом все и кончилось. Панически оглянувшись на пустующий коридор, я негромко заскулила, не прекращая при этом колотить:
- Антуан, открой, это я.
- Кто ты? - раздался настороженный голос из-за двери.
- Натали, - ответила я, пытаясь понять, что там происходит. - Ты что, не узнал меня?
Воображение, признаюсь, сразу нарисовало мне картины одна другой ужасней: например, к приятелю ворвались грабители и, напуганные моим внезапным появлением, сейчас держат нож у его горла. Версия могла бы объяснить странное поведение Антуана, если бы я не знала, что воровать в его скромной комнатушке нечего. Разве что пресловутый синий диван, но вряд ли он стоит такого риска.
Тем временем у двери с той стороны послышались шаги.
- Когда мы познакомились? - задали мне вопрос. Я замерла, ошарашенная.
- Ты что, придурок?
- Отвечай, говорю, - глухо сказал Антуан и замолчал. Поняв, что у приятеля просто-напросто едет крыша, я вздохнула:
- У Робеспьера дома. Ты вернулся из армии, а я завалилась с прогулки вся в пыли, и…
Я не договорила - послышался лязг с трудом отпираемой щеколды, потом звяканье цепочки, в довершение всего звук поворачиваемого в замке ключа, и дверь приоткрылась. Антуан, выглянувший в образовавшуюся щель, пытливо окинул взглядом коридор за моей спиной, убедился, что я одна, и только после этого позволил мне войти.
- Ты что, спятил? - ласково осведомилась я, водружая плащ на вбитый в стену железный крюк. Антуан, тщательно заперев дверь, обернулся ко мне с виноватым видом.
- Извини. Но когда за тобой следуют по пятам, знаешь ли… тут начнешь сходить с ума.
- Этот парень? - уточнила я и, дождавшись нервного кивка, решила обрадовать приятеля. - Он там на лестнице спит.
Антуана отчетливо передернуло.
- Бр-р-р. А мне завтра на заседание… кстати, - тут он возмущенно надулся и наградил меня уничижительным взглядом, - ты зачем Кутону наябедничала?
- Просто хотела предупредить… - окончательно переставая что-либо понимать, промямлила я. - Ты же сам говорил, за тобой следят…
- Но не обязательно всем об этом трепаться! - страдальчески воскликнул Антуан и, подпихнув меня к дивану, достал из стенного шкафа два бокала. Бутылка поджидала меня на столе - она была откупорена, и что-то подсказывало мне, что приятель успел уже не раз к ней приложиться. Во всяком случае, взгляд у него диковато блуждал из стороны в сторону, и это испугало меня даже сильнее гипотетических грабителей.
- Кто он такой? - тихо спросила я, беря протянутый бокал. - Почему ты его так боишься?
Антуан посмотрел на меня с сомнением, решая, наверное, стоит посвящать меня в тайну или нет. Я даже обидеться не успела, что он мне не доверяет: он с мученическим видом проговорил:
- Надо тебе рассказать, а то ты пойдешь по миру болтать, что на депутата Сен-Жюста готовят покушение…
- Пойду обязательно, - подтвердила я. - В чем дело? Тебе грозит опасность?
Плюхнувшись на подвернувшийся стул, Антуан взъерошил себе волосы. Вид у него был до крайности измученный, и что-то подсказывало мне, что дело не только в тяготах, которые выпали ему на фронте, и не в обременительных обязанностях комиссара. Покосившись на дверь, как на злейшего своего врага, Сен-Жюст медленно произнес:
- Да как тебе сказать. Пожалуй, да. И более серьезная, чем когда-либо.
По нему нельзя было сказать, что он шутит, и я ахнула:
- Что случилось?
- Этот парень, - проговорил Антуан, отчего-то заливаясь легким румянцем, - от меня не отстает уже которую неделю. У меня до сих пор не было настолько преданных поклонников.
- А кто он? - спросила я с опаской, заставив себя вспомнить во всех подробностях внешность загадочного юноши. Ничего в ней не говорило о том, что парень замыслил причинить кому-то вред: он держался немного потерянно, как человек, впервые в жизни попавший в большой город, но в то же время независимо, однако следов злого умысла на его лице я, как ни напрягалась, вспомнить не могла.
- Да понятия не имею, - отрезал Антуан с ожесточением. - Не знаю и знать не хочу. Зовут его… Люсьен, что ли? Кажется, так. Он солдат Рейнской армии, патриот, защитник отечества… мать его…
- И что с ним не так?
- Все с ним не так, - вздохнул Сен-Жюст и залпом осушил бокал. Я хотела последовать его примеру, но вино пошло не в то горло, и я разразилась кашлем, чувствуя, как глотку изнутри начинают резать сотни ножей. Антуан, проявляя сочувствие, хотел ударить меня по спине, но я жестом показала ему, что можно обойтись без этого, и прохрипела:
- Ты лучше… рассказывай.
- А чего тут рассказывать-то, - я не могла припомнить случаев, когда Антуан так настойчиво уходил от прямого ответа, а это лучше всего остального свидетельствовало, что сейчас не до шуток. - Просто он… ну…