Зарубежная литература средних веков. Хрестоматия

Хоть я об этом не просила». «О госпожа, какая сила Могущественней той, что мне Велит покорным быть вполне Желанью вашему! Поверьте, Хотя я невиновен в смерти, Но если б воскрешать я мог, То был бы муж у ваших ног». «Как, — молвит дама, — невиновны? Вы так сказали это, словно В убийстве вашей нет вины: Вы это доказать должны!» «Но сами, госпожа, скажите, Какая же вина в защите? Ну, разве же преступник тот, Кто, отражая смерть, убьет Противника, что в исступленье Напал? И в чем тут преступленье?» «Вы правы — да, вины здесь нет. К тому ж я не исправлю бед Тем, что сейчас предам вас казни. Но вы признайтесь без боязни, Откуда сила та взялась, Что нынче заставляет вас Во всем моей предаться воле? Я здесь остаться вам позволю И вас прощу, но вы должны Сказать, чем вы побеждены». «Ах, — отвечал он, — эта сила Идет из сердца — опалило Его желание огнем». «Но кто же пламя высек в нем?» «Мои глаза». — «А в них чье пламя?» «Его зажгли красой вы сами». «Что ж сделала моя краса?» «Любви открыла небеса». «Любви к кому же? — «К вам, прекрасной!» «Ко мне?» — «Да, вас люблю я страстно». «Но как?» — «Так, что любви такой И нет, и не было другой. Да, так, что, — я скажу неложно, — Любить сильнее невозможно, Что сердце каждый миг и час Уже не покидает вас, И жребий жизни или смерти В руках у вас одной, поверьте». «И мой источник храбрый рыцарь Оборонять не побоится?» «От всех людей, — отвечу даме». «Итак, да будет мир меж нами». Они к согласию пришли. С баронами своей земли Она совет уже держала И молвила: «Пойдемте в залу, Где ждет меня придворных круг, Твердя, что нужен мне супруг, Нужду большую видя в этом, И я воспользуюсь советом: Я ваша — так мне долг велит, А раз мой жребий с вашим слит, Сын короля и славный рыцарь, Могу ль от брака отступиться?» Так дева, мудрости венец, Всего достигла наконец. А тот, кто без ума влюбился, О чем мечтал, того добился. И дама в зал его ввела, Где показать ему могла Баронов и придворных свиту. Так благороден был он с виду, Что рыцарей в восторг привел. Все встали, чуть он в зал вошел, Приветствуя мессир Ивена, И высказались откровенно: «С ним госпожа вступает в брак. Кто помешает им, тот враг: Сомненья нет, он — славный рыцарь. И римская императрица Избрала бы его в мужья. И, если, страсти не тая, Он с госпожою объяснился, Пусть хоть сегодня бы женился». Так все они твердили вслух, А дама, посмотрев вокруг, Уселась на скамье открыто, Чтоб видела ее вся свита. Хотел у ног ее он сесть, Но, оказав мессиру честь, Она его сажает рядом И сенешалу властным взглядом Велит, чтоб он пересказал Ее слова на целый зал. И сенешал (он не заика) Поведал с важностью великой: «Сеньоры, нам грозит война, Уже объявлена она. Король, готовясь к нападенью, Не тратит дня на промедленье И в две недели, присягну, Разрушит нашу всю страну, Раз не имеем мы защиты. Муж дамы, рыцарь знаменитый, Кого она назад семь лет Взяла, исполнив ваш совет, Погиб, и госпожа в печали. Страна, обширная вначале, Совсем невелика теперь. Не возместив земли потерь, К несчастью, рано сир покойный Оставил свет. Он жил достойно. Страна не вооружена, — Ведь не в ладах с копьем жена. Она искупит слабость эту, Когда, по вашему совету, Достойного в мужья возьмет, Не нарушая в час невзгод Ни нашей пользы, ни приличий — Ни давней старины обычай». И все решили, что она Супруга взять себе должна, И пав пред дамой на колени, Просили выполнить решенье, К которому в мечтах своих Она стремилась больше их. А дама, сделав вид, что с болью Лишь уступает общей воле, Сказала: «Раз хотите вы, Признаюсь — у меня, вдовы, Просил руки вот этот рыцарь, Что за меня готов сразиться. Я благодарность приношу Ему и вас о том прошу. Хотя его я знаю мало, Не раз рассказам я внимала О славе сира. Наконец, Король Урьен — его отец. Но он не только родом знатен, Он так умен, и так приятен, И обходителен к тому ж, Что это лучший в мире муж. Вы все слыхали, без сомненья, О доблестном мессир Ивене. Ему должна я стать женой, И пусть он вступит в брак со мной, Мне лучше не найти сеньора». И все в ответ: «В том нету спора, Коль вы поступите умно: Замужество вам суждено, И, помня о мессир Ивене, Безумье вам терять мгновенье». Устроив так свои дела, Как будто к просьбам снизошла, Она, одной любви покорна, Шла к цели сладостной упорно. Но ей еще дороже тот, Кого избрал ее народ. Мольбы ее не охладили, Лишь больший пыл в ней породили Свое желанье утолить: Так, если шпорой разозлить Коня, еще быстрей он мчится. И с дамой обручился рыцарь. Одобрили бароны план, И рыцарю сам капеллан Вручил тогда Ландюк Лодину, Дочь Лодюнета-паладина, Чье лэ поют по всей стране. И в тот же день, известно мне, Сыграли свадьбу их богато. На ней епископы, аббаты Блистали в митрах, в клобуках, И каждый — с посохом в руках. Разнообразье развлечений, Гостей веселых посещенья, Великолепие пиров — Мне описать не хватит слов. Молчу, чтоб здесь не ошибиться... Стал господином замка рыцарь, А мертвый был совсем забыт...