Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834
- Автор: Таки Виктор
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814796
- Переводчик: Виктор Таки
- Жанр: История
Электронная книга - «Россия на Дунае. Империя, элиты и политика реформ в Молдавии и Валахии, 1812—1834». Краткое содержание книги:
Киселев находил продолжение оккупации княжеств не только главным инструментом восточной политики России, но и условием стабильности южных пределов России. Реорганизация Молдавии и Валахии не только должна была предоставить восточноправославному населению «моральное доказательство щедрости [российского] протектората», но также и охранить южные губернии России «от заразы беспорядков и анархии, порожденных порочной системой управления в княжествах»[814]. По мнению Киселева, Органические регламенты были «истинным благодеянием», и их введение свидетельствовало о том, что «основная масса населения положительно относится к реформе, предпринятой в ее интересах». Узнав пределы своих обязательств по отношению к боярскому сословию, население княжеств, по утверждению полномочного председателя, привязалось к регламентам и обратило свою благодарность и надежды на защиту к державе-покровительнице. Напротив, привилегированный класс утратил благодаря регламентам возможность «пользоваться злоупотреблениями господарской власти» и потому «может желать лишь сохранения старого порядка вещей и должен связывать свои надежды с вмешательством державы-сюзерена»[815].
Киселев утверждал, что при первой попытке боярства вернуться к старым злоупотреблениям население поднимется на защиту своих новоприобретенных прав. Вывод российских войск из Молдавии и Валахии был нежелательным в том числе и потому, что привилегированный класс мог попытаться отменить реформы, что «неизменно приведет к общему восстанию жителей, заинтересованных в сохранении нового порядка вещей». Новые беспорядки в княжествах не только негативно скажутся на соседних российских губерниях, но и «серьезно подорвут политическую систему [России] на Востоке, а также то влияние, которое она призвана оказывать на эти края». Фактически, Россия оказалась бы отброшена на те «позиции, на которых она находилась до заключения Адрианопольского мира»[816].
В сентябре 1832 года Киселев снова напомнил Нессельроде о хрупкости нового политического устройства княжеств. Перспектива вывода российских войск и оттягивание Портой утверждения регламентов подогревали слухи о том, что действия российской администрации в Молдавии и Валахии не имеют правового основания. Это, в свою очередь, заставляло сторонников России в княжествах бояться «быть принесенными в жертву турецким обвинениям и враждебности привилегированного класса»[817]. Киселев опасался, что жалобы противников нововведений могут быть использованы Портой для обоснования своего отказа утвердить регламенты. Полномочный председатель вновь предупреждал, что любая попытка отменить реформы вызовет восстание жителей. Он также указывал на то, что последнее, в свою очередь, даст другим державам, прежде всего Австрии, возможность восстановить прежнее управление, которое приносило им коммерческие выгоды. Все эти соображения служили Киселеву доказательством невозможности вывода российских войск из княжеств до тех пор, пока регламенты не будут утверждены и пока «новые господари не получат предписания соблюдать их как основополагающие законы страны»[818].
Открытие первой сессии Молдавского ординарного собрания подтвердило опасения Киселева относительно непрочности новых установлений. В конце октября 1832 года он писал российскому посланнику в Константинополе Бутеневу о своей «борьбе с бородатыми молдаванами, которые несомненно являются самыми беспокойными интриганами из всех бородачей, кишащих под небесным сводом»[819]. Полномочный председатель противостоял попыткам членов собрания превратить крестьян в фактических крепостных, что могло повлечь «всеобщее возмущение в обоих княжествах». Киселев находил сам состав собрания источником воцарившегося в нем беспорядка, который он не мог подавить силой, поскольку это означало бы «признать правоту критиков новых институтов и осложнить наши дальнейшие переговоры». Хотя ссылка двух-трех зачинщиков могла сделать остальных оппозиционеров сговорчивее, эта мера также дала бы повод «крикунам всех наций трезвонить о московской тирании и была бы поддержана австрийским посланником при Порте дабы ловить рыбу в мутной воде, как и прежде»[820].
814
См. Записку, приложенную к письму Киселева Нессельроде от 8 марта 1832 г.: Заблоцкий-Десятовский А. П. Граф П. Д. Киселев и его время. Т. 4. С. 69.
815
Заблоцкий-Десятовский А. П. Граф П. Д. Киселев и его время. Т. 4. С. 70.
816
Там же. С. 71.
817
Киселев – Нессельроде. 26 сентября 1832 г. // Там же. С. 82–83.
818
Там же. С. 83.
819
Киселев – Бутеневу. 30 октября 1832 г. // Там же. С. 83.
820
Там же. С. 84.