«Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950
- Автор: Коонен Алиса Георгиевна
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814345
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - ««Моя стихия – большие внутренние волненья». Дневники. 1904–1950». Краткое содержание книги:
Вот боюсь той жизни, ради которой готова на жертвы, на всё…
Я люблю ее, эту жизнь, я задохнулась бы в другом воздухе, среди других «декораций», и вот боюсь – тревога и страх в душе, когда я думаю о работе, о театре. Странно.
Что меня ждет?
Семерка треф?
Наверное.
Все равно. Не надо бояться.
Мне самой противно.
Как я часто упрекала Вас. за его трусливое отношение к жизни. В каком-то письме он написал: «Я знаю, милая моя девочка, как вы не любите моего страха, но когда-нибудь Вы меня поймете и оправдаете».
Вот это – «когда-нибудь».
Может быть, и он виноват в том, что этот страх, чужой моей душе, пришел и охватил, и взволновал меня всю.
Хожу взад и вперед по комнате.
Думаю, думаю…
[Треть листа внизу оборвана.]
[О, как. – вымарано] тяжко будет мне эту зиму.
[Столько страданий. – вымарано] предвижу.
Ну да ничего.
Я живуча, как кошка.
Может быть, удастся и уехать.
«В Италии мы будем», – пишет Юргис442.
Будем…. Это как сказка.
Я должна приехать смелой и сильной в Москву. Смелой и сильной.
7 часов.
Целое поле васильков.
Завтра утром я уйду одна. Совсем одна. И нарву [целый. – вымарано] большой букет, [и пошлю Вас. – вымарано].
[Треть листа снизу оборвана.]
Я думаю о нем с любовью, нежной и ясной. Он скоро уйдет от меня. Я это чувствую, и от этого [мне еще. – зачеркнуто] люблю его еще больше.
А когда он уйдет, что останется? – Не знаю.
В сущности, я не так уже много принадлежу ему. – Я буду жить. Я буду жить.
Так же много думать.
Так же много страдать.
Работать…
[Кидаться. – вымарано.] Один Бог знает, чего я хочу и что мне нужно…
Я нелепый человек.
[И этим сказано все. – вымарано.]
Я не буду актрисой, не буду танцовщицей, не буду матерью семейства, не буду проституткой.
Что я – я не знаю.
Все равно.
Иногда мне хочется только странствовать по широкому божьему миру.
А то тянет к тихому ласковому уюту, самовару и мерцающей лампадке в углу…
В моей душе столько противоречивых желаний, в голове столько разбросанных мыслей…
Я никогда не могу собрать себя всю… Во что-то одно…
Словно во мне [душа. – вымарано] чувства и мысли многих-многих людей443… [Более позднее подчеркивание.]
Перебродит ли это когда-нибудь…
Будет ли когда-нибудь душа моя [как. – зачеркнуто] гармоничной и прекрасной, [как музыка. – вымарано]…
Темнеет… Низко село солнышко…
Сразу дохнуло осенним вечером.
В поле такая благость.
Чувствуешь Бога, чувствуешь великую красоту мира. Вечную.
Последний вечер.
Коровы мычат. Орут ребятишки.
[Завтра. – вымарано.] Пойду бродить.
8 часов.
Воздух теплый-теплый.
Стрекочут кузнечики. Тишина.
Сейчас стояла на паперти, высокой и белой. Слушала, как шумит плотина. Большой, тяжелый шум. Словно жизнь хлопочет. А я стою наверху и смотрю, и слушаю [это биение людских жизней. – вымарано].
Ну, конец.
Придется ли писать в Москве.
[Вот. – вымарано] – новый год.
Он решит меня как актрису.
И что будет той весной – не предвижу.
Здесь было хорошо и тихо. [Страшно мне. – вымарано.]
Дела были 10 июля.