Терроризм смертников. Проблемы научно-философского осмысления (на материале радикального ислама)

На Западе шейх Тантауи воспринимается как лидер традиционного ислама, пропагандирующий умеренные взгляды и отвергающий терроризм. Достаточно известны его осуждения любых акций глобальных джихадистов. К примеру, в комментарии на взрывы 7 августа 1998 года в Кении и Танзании, организованные оперативниками Аль-Каиды, богослов дал максимально жесткую оценку произошедшему: «Любой взрыв, который ведет к смерти невинных женщин и детей, — криминальный акт, совершаемый лишь низкими людьми, трусами и изменниками, поскольку разумный человек хоть с каплей самоуважения и мужественности всецело откажется от таких операций»[388]. Однако позиция именитого ученого в отношении акций самопожертвования смертников в действительности не столь однозначна. Будучи одним из официальных лидеров мусульманской общины в своей стране шейх Тантауи не может игнорировать бедствия единоверцев в Палестине. Его позиция по этой проблеме не была однозначной, но в целом всегда выражала весьма широкое сочувствие и солидарность палестинскому сопротивлению, иногда склонное к оправданию даже наиболее одиозных форм вооруженной борьбы.

Несмотря на то что Тантауи никогда не издавал ни одной письменной фатвы, восхваляющей атаки террористов-смертников, в своих публичных выступлениях он неоднократно выражал свою недвусмысленную поддержку акций самопожертвования в Палестине, считая их легитимной формой защиты от врагов, которые «не знают жалости даже к старикам, женщинам и детям». Так, в своей речи от 27 мая 1998 года шейх Тантауи заявил: «Право каждого мусульманина, палестинца и араба — взорвать себя в сердце Израиля, благородная смерть лучше, чем жизнь в унижении. Все религиозные законы требуют использования силы против врага и сражаться против тех, кто поддерживает Израиль, нельзя избежать сражения, джихада и (само)обороны, и кто воздерживается от этих вещей, тот — неверующий»[389]. Оправдывая справедливость борьбы палестинских повстанцев, в том числе в виде атак смертников, шейх Тантауи тем не менее долгое время признавал легитимность лишь тех из них, которые были нацелены на военные объекты. Известны его открытые осуждения некоторых атак против мирного израильского населения. В частности, его публичное осуждение серии операций Хамас в декабре 2001 года, в результате которых погибли 25 израильтян, было горячо раскритиковано Карадауи. Но позже ситуация изменилась.

В конце марта 2002 года израильское правительство Ариэля Шарона позволило себе провести крайне непопулярную военную операцию «Защитная стена» («Хомат Маген») на территории Западного берега реки Иордан под предлогом «уничтожения инфраструктуры террора», что в действительности привело к фактической оккупации территории автономии израильскими войсками и блокированию самой резиденции президента Ясира Арафата. В условиях резкого обострения палестинского конфликта на официальном приеме, организованном в апреле по случаю визита лидера Израильской арабской демократической партии Абд аль-Ваххаба ад-Дарауше, шейх Тантауи объявил мученические операции против сионистского врага «высшей формой операций джихада» и призвал все палестинские группировки усилить подобную форму борьбы[390]. По содержанию речи шейха стало заметно изменение его позиции по вопросу о допустимых целях акций самопожертвования. Если ранее он настаивал на том, что легитимной целью может быть только вооруженный противник, теперь ученый заявил, что «любая мученическая операция против любого израильтянина, включая детей, женщин и подростков, есть легитимный акт в соответствии с (исламским) религиозным законом и исламскими предписаниями, до тех пор пока палестинцы не вернут свою землю и заставят жестокую израильскую агрессию отступить»[391]. Также ученый воздал хвалу террористам-смертникам, обратившись к уже хорошо знакомой нам риторике. Он сказал, что молодые люди, идущие на самопожертвование, «продают Аллаху самое ценное, что у них есть»[392].