Чернобог (СИ)
- Автор: Gusarova
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чернобог (СИ)». Краткое содержание книги:
— Он скрывал это ото всех, — процедила Яхонтова.
— Да, и… Ёшкин кот, кто эти ребята? — Борька потыкал в письмо.
— К Велесу не чую, — соврала Саша, пряча конверт в карман домашних брюк. — Знаешь ещё что странно? — она решила отвести тему, пока Боря тянулся к её карману, не зная, как попросить обратно семейную реликвию. — Сева, когда его нашли, сжимал ринг в руке. Почему? Обычно он таскал его на шее на цепочке. Как думаешь, Бо?
— Да не знаю, ёшкин кот, — Борис пригладил бороду. — Последние года два дед его в мешочек прятал, говорил, что камень-тирон на свету портиться начал. Вроде, как от времени. Так и носил — на шее, но в мешочке. В тот день он его вынул — мешочек рядом на столе валялся. Я потом снёс перстень на Бобовую — Матвей Елисеич сказал, чушь, нифига камню от света не сделается.
— Ничоси, — напряглась Саша. — И что ты кнокаешь, с чего Сева так поступил?
Боря на это только руками развёл.
...Застолье было в самом разгаре. Пышно украшенная ёлка манила огоньками, переливалась блестящими шариками и конфетами, по торжественной зале плыл аромат цитрусов и свечей. И пока Валера с близнецами отвлекали младших детей, Саша с Иракли тайком заложили под ёлку подарки — якобы от Деда Мороза. Потом малышей, Владу и Стаса, позвали в гостиную, и маленькая ведьма, разумеется, сразу заметила красиво упакованные коробки.
— Мамочка, там подарки, — она указала на нижние ветви новогоднего дерева.
— Ого, это Дед Мороз тут побывал! А ну-ка, доставайте! — Валера подтолкнул детей к ёлке. Те охотно принялись вытаскивать коробки с надписями.
— Это Савве! — выкрикивали наперебой малыши. — Это для Нико!
Колдуны, смеясь и радуясь, шуршали обёртками, Саша и Валера тепло переглядывались. Для Яхонтовой и Берзарина Новый год всегда оставался праздником волшебства не только по своей сути, но и потому, что в его канун, последним днём двадцать первого года произошло самое настоящее чудо — Валера сразил Вия, Малюту Яхонтова, считай, голыми руками, без всякого оружия. У Берзарина был с собой только комок кладбищенской земли с могилы Дарины Светлой, да непоколебимая вера в себя. Ну и ещё: Саша, Сева, братья Арцивадзе, Игорёк Чернов-Велесов, ныне улетевший жить в Арвинику, Паша Дрокин и все-все-все. Групповое убийство Малюты единогласно решили считать коллективным подвигом, совместным избавлением от зла.
— Мам. Мамочка, — к Саше пристала Влада, выдернув из воспоминаний. Она подсела к Яхонтовой с большой коробкой детской косметики в руках. — А моё письмо Дед Мороз видел?
Саша вздохнула, прекрасно зная, что написано в том письме. За неделю до праздника дочка старательно и беззастенчиво выводила буква за буквой, декламируя вслух:
— Дарагой Дедмороз. Я Влада. Я хочу, чтобы на Новый год ко мне пришёл папа. — И больше ничего. Потом они опустили письмо в первый встреченный на прогулке почтовый ящик, и Саша благополучно о нём забыла. А Бусинка, конечно же, нет.
— Солнышко, — поучительно сказала дочери Саша. — Не всем мечтам суждено сбываться. У тебя отличный подарок, стоит ему порадоваться. Дед Мороз, по ходу, не всесилен.
— Как это так? — напряглась Влада. — Он же самый крутой волшебник!
— Даже самый крутой волшебник может исполнить не любую мечту, — рассудила Саша. — Если мечта навредит тому, кто её просит, она не будет исполнена.
— Навредит? — Влада отложила подарок в сторонку и сдвинула брови. — Это папа мне навредит? Это Дед Мороз так считает?
Саше под её взглядом стало неуютно. Дочь нельзя было провести на мякине. Она росла с ярким даром Самохваловых и требовала к себе предельной честности.
— Мелкая, Деда Мороза не существует, — тут мельком бросил сестре, проходя мимо, Савва. — Подарки дарит мама. Хотя, ма, мы с Вахой уже говорили, от отца и я бы не отказался, слышь?
— Савва! — осадила сына Саша.
— Ну а что, всю жизнь ей врать что ли? — определил младший Яхонтов. — Лучше от меня узнает, чем в школе засмеют.
— Мам? — Саша видела, как глаза дочки наполняются слезами. — Мама, он правду говорит, а ты мне врёшь! Ты плохая, плохая! — Влада захныкала, растирая глаза кулачками.
Дорогущая коробка косметики оказалась напрочь забыта, хотя Саша точно помнила, Влада горячо умоляла купить её с месяц назад. В Яхонтовой взыграло раздражение дочерью, для которой она старалась, как могла. Саша понимала, что избаловать можно любого ребёнка, даже Бусинку, которой с какого-то дэша так сдался этот отец, ни разу её даже не обнявший! А Саша, пядь за пядью отдававшая дочери душу, вдруг превратилась в «плохую». Вот и вся благодарность за любовь и подарки.
— Ну раз я плохая, ты можешь поплакать об этом у себя в комнате, — безжалостно сообщила дочке Яхонтова.
Бусинка распахнула на мать глаза, не веря услышанному, и с резким рыданием сорвалась с места. Умчалась по ступеням наверх, хлопнула дверью — донельзя наигранно, точно, как показывают детское свинство в дешёвых мыльных операх. Стасик Арцивадзе побежал за подругой, принялся стучать к ней и проситься внутрь. Дверь открылась и снова закрылась, Саша скривила губы.
Валера подсел к Яхонтовой и толкнул её локтем:
— Не больно ты с ней строга?
— Со своим сыном отношения налаживай, — огрызнулась та на Вия. — А я со своей наследницей сама договорюсь. Она не знает, что такое дерьмовый отец. И не узнает, пока у неё есть мама.
====== 66. Два кило картошки ======
2045 год, декабрь, Новосвирьск.
— Седрик, иди сюда, кис-кис-кис.
Вместо того, чтобы помогать украшать кафедру к Новому году, Илья Каримович лежал на полу в музее со включенной камерой мобильника. Перед ним расстилалась красная атласная дорожка, усыпанная еловыми ветками, и по ней вальяжно вышагивал чёрный кот со связкой золотистых шариков на шее. Седрик за корм мог сотворить что угодно, а уж красиво пройтись на камеру — легко и с удовольствием.
— Какой у нас кот красивый, Светоч, — приговаривал Айвазов, делая едва ли не сотый дубль подряд. Светка помахала перед его носом большим клеевым степлером.
— Илья Каримович, Инесса Генриховна велела вам притащить из общаги ёлку ещё три часа назад. И чем вы заняты?
Илья сердито глянул на неё, словно его голословно обвиняли в чём-то ужасном.
— Я снимаю шедевр на века. А за ёлкой схожу через полчаса. — Он кинул требовательно каркающему коту пару сухариков корма. — Никуда она не убежит, она пластиковая. Кстати, о пластике. Светоч, ты помнишь, как вкусно готовить картошку?
Он оторвался от съёмки и расселся на полу с Седриком в обнимку. Светка нависла над ними.
— Пожарить, испечь, нафаршировать, помню, конечно. А что такое?
— Там у нас в холодильнике, глянь. Я купил два кило на сабантуй, — Айвазов с видом мецената изогнул брови.
— Два кило? — ахнула Касаткина. — Это что, была вся ваша премия?
— Я должен вам с лета, — объяснил Илья. — Вместо той, которую сжёг, помнишь? Вроде свежую купил. Ты на этот раз сама ею займись, чтобы точно все поели. Хорошо?
— Ох. Хорошо.
Светка прикинула, что картошку в магазин уже точно не вернёшь, и заодно представила, как обрадуются коллеги такому лакомству. А глазки с очисток можно сохранить и посадить в горшок — авось что и вырастет к весне. Илья, получив её согласие, поднялся, отнёс Седрика в дальний конец дорожки, вернулся на исходную позицию, лёг на живот и продолжил съёмки:
— Седрик, кис-кис-кис. Иди сюда, хороший кот.
Светка поняла, что ёлку кафедра ещё долго не увидит.
— Света, вот ты где, — на выходе из музея поймала Касаткину за локоть завкафедрой. — Я думаю, лучше всего устроить попойку в «девятке», она самая большая. И традиционно, — Инесса саркастично хмыкнула, похлопав Светку по спине, — к нам уже напросились геологи, историки и картографы. Мы опять все перепьёмся, готовь запасную печень, девочка моя.
— Почему у нас каждый Новый год репетиция экспедиционной жизни, Инесса Генриховна? — подначила Лихоимцеву Светка.
— Потому что алкоголь, Светлана, это топливо для работы мозга археологов, — многозначительно заявила Инесса. — Ты молись, чтобы к ночи никто в коридоре палатки не поставил и не устроил раскоп. И где там наш пластиковый кусок тундры? Он до сих пор не мигрировал из общаги?