![Винтики эпохи. Невыдуманные истории [litres] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/4/1/0/3/vintiki-epohi-nevydumannye-istorii-litres-download.jpg)
Винтики эпохи. Невыдуманные истории [litres]
- Автор: Шнайдер-Стремякова Антонина
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-336-3
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Винтики эпохи. Невыдуманные истории [litres]». Краткое содержание книги:
– Шурка, байстрюк.
Этого не знала одна только Варя. Когда Шурка явился в школу, она влепила ему пощёчину и так в космы вцепилась, что остатки Шуркиного чуба спас лишь приход учителя.
– Дебил, – в сердцах обругала она его словом, что было, по её мнению, погуще «дурака».
Обессилев от нелюбви, села за парту, закрыла лицо и впервые заплакала: «Чего он?.. Так… Я что – лишняя?..» Не помнила, откуда, – не то читала, не то слышала, но на всю жизнь запомнила фразу: «Люди с сердцем из камня. И камни с сердцами людей». Первая половина фразы относилась к Шурке.
Училась Варя хорошо – знала: это нужно только ей.
С войны иногда возвращались мужчины. Мать вышла замуж и год за годом родила Петьку и Тосю. Прежде Варя жила, как в дикой степи трава; теперь её кликали часто – может, даже любили… Семь классов, местный университет, окончила без всяких торжеств. Заявление, что поедет учиться на медсестру, семья восприняла, как должное. Отчим радовался:
– Ништяк, топчан за печкой будет теперь Петькин.
Из белого в цветочках ситца бабушка сшила Варе для города платье – шестишовное с короткими рукавами. В балет-ку, купленную специально для этого случая, сложила она его вместе с панталонами, белыми носками, двадцатью пятью рублями и ушла со двора, как уходила в школу. В город добиралась на попутках. Машин на проезжей дороге в тот день не было, и она замёрзла – переночевала, зарывшись в копну сена. Заметив утром её поднятую, как на уроке, руку, шофёр полуторки тормознул, в дверце кабины приподнял стекло и спросил для вида: «До города, говоришь?»
– Да, дяденька, до города, – смотрели с мольбой глаза.
– Три рубля, – бросил он с высоты.
Варя открыла балетку достать деньги – ветер выхватил и карнавальным вихрем закружил всю аккуратную стопочку зелёных трёхрублёвок. Игра в догонялки ничего не дала: только добежит— денежка сорвётся и, дразня, улетит. Поймала одну, тоскливо проводила резвящиеся бабочкой другие и, плача, поплелась к дороге. Шофёр оказался добрым – до города довёз бесплатно. Отвлекал разговорами, да только не до разговоров ей было: пляшущие по полю бумажки стояли перед глазами, разбавляя кровь ядом. К медучилищу подъехали поздним вечером. Варя опустилась на ступеньку, прислонила к стене балетку, прижала голову к согнутым коленям, да так и уснула. Утром её разбудила незнакомка (выяснилось, баба Настя) – завела в здание, угостила ломтем хлеба с маслом, стаканом сладкого чаю, отвела в комнату и велела отсыпаться.
Так началась её жизнь в городе.
Свою подшефную баба Настя подкармливала часто. Когда она надолго пропадала, Варя доставала припрятанные в платочке три рубля, покупала батон хлеба за 20 копеек, делила его на четыре части и порцию запивала водой.
После экзаменов Варе определили стипендию. Сорок рублей – целое состояние, и она зажила почти что богато. Талисман баба Настя пристроила Варю ещё и уборщицей на почтамт, так что вечерами мыла полы, но времени на уроки хватало, денег тоже. Она приоделась, купила сапоги и пальто для зимы. Баба Настя связала шапку и шарф. Такой заботы, внимания и любви Варя никогда не знала, лучшей жизни тоже, и дурацкие мысли, будто она «лишняя», ушли. Летние каникулы проработала на заводе, где хорошо платили, и ко второму году в её гардеробе появились юбки, кофты, свитера, туфли, босоножки – словом, в одежде сравнялась с городскими.
Четыре года пролетели незаметно. После училища её распределили в одну из городских больниц. Надо было освобождать общежитие, и баба Настя через знакомых помогла ей снять комнату в нагорной части города. Там Варя и жила – работала и подрабатывала. Одевалась дёшево, но со вкусом.
В свободное время ходила в театр, кино и мечтала о любви, семье и детях; о муже умном, верном, надёжном; трудяге, какого трудно сыскать, – домашнем, как и она сама. Его, незнакомого, Варя уже любила. Помощник в быту, он организует время так (в этом она не сомневалась), что его хватит на детей, театр и кино, катание на лыжах и путешествия. «Начну откладывать на сберкнижку, – рассудила она, – не годится обделять детей заботой и материальной поддержкой».
Гляделась в зеркало и любовалась: сочные губы, высокий чистый лоб, косой разрез глаз, аккуратный нос, красивая грудь, пропорциональные бёдра. Ей двадцать – тело пульсировало в ожидании любви… Однажды Варя спешила по коридору на укол и лицом к лицу столкнулась с матерью Шурки. Сердце «тик-тик-тик» зачастило счётчиком такси – хорошо, её не узнали.
В «сестринскую» Шуркина мать ворвалась неожиданно.
– Детка, ты, случаем, не Варька?