И восстанет мгла. Восьмидесятые
- Автор: Захаров Сергей Олегович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Русская традиция
- ISBN: 978-80-906815-6-9
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «И восстанет мгла. Восьмидесятые». Краткое содержание книги:
В терраске помимо сломанных телевизоров и магнитофонов на всякий случай стояла и пара канистр с бензином для мотоцикла. Сухие бревна сруба, переложенные паклей, занялись враз, словно спички.
Семью спасло то, что спальня находилась в самой отдаленной от терраски части дома, а дерево, резко, мгновенно накаленное адским жаром взорвавшегося бензина, начало оглушительно трещать.
Когда приехали пожарные, тушить было уже нечего. Сгорело дотла все, включая сарай с замкнутыми в огненной западне поросятами и вымощенный двор.
Елизавета пребывала на четвертом месяце беременности.
Под утро она пришла пешком и постучалась с улицы в окно дома Панаровых.
Кто-то из соседей дал ей старый, надеванный домашний халат и стоптанные мужские ботинки. Больше у нее ничего не было.
Муж с сыном перебрались к свекрови, она же в шоке, никого не видя и не слыша, ушла искать защиты у старшей сестры — как в раннем детстве.
Первые дни после катастрофы крестная не поднималась с дивана, разложенного в передней, жалостно плакала навзрыд в подушку либо молчала. Время от времени ее рвало.
— Давай не глупи, поешь, а то выкидыш будет, — терпеливо обхаживала ее Надежда. — Чего так сокрушаться-то? Главное — все живы остались: муж, сын… А дом — ну что дом?.. Пойду к директору, попрошу, чтоб как своим — по дешевке, за себестоимость — новый сруб выписал. Шмоток лишних у меня много. И для тебя, и для Владьки от Алешки полно всего осталось.
— Ведь всё, всё дотла в один миг! — в слезах в голос причитала Лизка. — Погорельцы!.. Нищие, ох, нищие… Беременная — и на улице бедовать!
— Ну как же — на улице, — мягко успокаивала, гладя голову неутешно рыдающей сестры, Алешина мама. — Свекровь есть, сестры… А вещи — дело наживное. Потихоньку опять купите… Главное — живы все. Не гневи бога, по-другому могло быть.
— Все по новой на четвертом десятке начинать! — укоряюще глядя красными глазами, словно виня более счастливую старшую сестру, что не защитила, не пришла на помощь, как в детстве, воскликнула Лизка. — Сколько сил, здоровья — всю душу ведь вложила… Нет, я удавлюсь, не хочу жить!
— Давай уже без истерики! — не выдержав, оборвала ее Панарова, поднявшись с дивана. — Деньги у меня есть на книжке. Обустроитесь — как сможешь, отдашь. Мне не к спеху… Ребятишки маленькие еще, мне тратиться не на что.
Глава 52
Безотказный директор, благоволивший Надежде, с пониманием, по-человечески, даже по-отечески, отнесся к беде в семье молодой сотрудницы. Новенький, с иголочки, сруб был готов ударными темпами уже через неделю — из первоклассной смолистой строевой сосны, проведен как «для своей» через бухгалтерию и лесовозом перевезен на еще теплое пепелище.
Панаров выхлопотал отпуск вне очереди, изъяснившись в отделе кадров, и целыми днями работал, как заведенный, с Борькой и его братьями, помогая во всем: от рытья подпола, укладки фундамента и заведения венцов до стропил и рифленых листов шифера на крыше. Домой он возвращался ночью — помыться, поесть и поспать, чтобы рано поутру вновь исчезнуть, уйти на весь день.
Рожать Алешину крестную увозили из обжитого без новоселья (не до того!) дома, и зимой у него появилась еще одна двоюродная сестренка по имени Жанна. Тетя Лиза постепенно оправилась от шока, с головой погрузившись в заботы материнства: крохотная дочурка, изведавшая страх и панику еще до появления на подлунный свет, оказалась неспокойной, шумливой и требовательной, особенно по бессонным ночам.
— Спасибо тебе, Толенька — столько ты у нас поворочал! — потчевала она зятя, наливая полный стакан водки. — Век не забуду — и за то, что приютили, и за то, что подняться на ноги подсобили… Ведь на улице очутились! Некуда голову приклонить!.. Погорельцы!..
— Ладно благодарить-то, — резонно возразил, залихватски опрокинув поднесенную чару и понюхав половинку огурца, Панаров. — Если не свои — на кого же еще рассчитывать в жизни?.. Родственники мы все-таки…
— Родственник родственнику рознь, — с укором протянула Елизавета. — Вон, Темка Наташкин ведь гвоздя не забил! «Мне некогда, я работаю»… Вот и весь сказ.
— Да он всегда такой был, себе на уме.
— Эгоист — эгоист он и есть, — вынесла приговор обиженная Коркунова. — Но Наташка-то могла ж его пристыдить, заставить пойти подсобить! Нет — молчала, как неродная.