Электронная книга - «Мне больше не страшно (СИ)». Краткое содержание книги:
Из сна вырывает вибрирующий на тумбочке телефон, он издаёт такой противный звук, что хочется выкинуть его в окно. В кровати почему-то тесно, да и одеяло куда-то сползло. Он распахивает глаза и видит обнажённую мужскую грудь, чувствует тяжесть руки на своей талии.
«Что, чёрт возьми, происходит?!»
Антон пытается восстановить события вчерашнего вечера, а точнее уже сегодняшней ночи. Он у Воскресенского, потому что в их с Ромой комнате не было свободного места. Но ведь укладывались они по разным кроватям, почему сейчас в одной?
Телефон продолжает неистово вибрировать, но Антон не хочет даже пальцем пошевелить. Он понимает — хватит даже крохотного движения, чтобы вся безмятежность момента была уничтожена напрочь.
Он продолжает лежать, телефон продолжает вибрировать, да и спящий рядом Воскресенский, похоже, уже не спящий.
— Денис? — прошептал Антон сиплым голосом.
— М-м-м?
Значит, точно не спит.
— Там телефон…
— Угу, — и продолжает лежать, не пошевелив и пальцем.
— Почему мы в одной кровати?
— Ты сам просил меня остаться.
Антон еле слышно выругался. Только этого не хватало!
— Надеюсь, больше ни о чём не просил?..
— Ты уверен, что хочешь знать? — усмешка в голосе.
— Пожалуй, нет. Лучше заткнись.
Телефон перестал вибрировать, но, спустя несколько минут, его сменил стук в дверь.
— Дэн, просыпайся! Ты здесь? Я Антоху потерял! Слышишь меня?
Воскресенский усмехнулся и встал с кровати, распахнул дверь.
— Я его нашёл, — Денис впустил в комнату взъерошенного Рому, хитро кивнул в сторону кровати.
На кровати лежал Антон, жмурясь от солнечного света. Ему сейчас в голову пришла мысль о том, что он безмерно благодарен тому гению, кто придумал запирать двери на ключ. Ему даже страшно представить, что было, если бы Рома увидел их с Воскресенским, спящими в одной кровати.
— Хорошо, что живой, — облегчённо выдохнул Рома и тяжело уселся на стул, стоящий рядом. — Готовьтесь, ребята, нам предстоит грандиозная уборка.
Комментарий к Часть 5
В главе упоминались тексты песен: Кипелов - Я свободен; Face2Face - В объятиях ночи.
========== Часть 6 ==========
Антон ворочался с боку на бок, не в силах уснуть, в конце концов, он устал притворяться, что хочет спать и лёг на спину, уставился на оранжевый квадрат света, падающий на потолок от уличных фонарей. Скользил по контурам квадрата взглядом и не мог забыть произошедшее накануне вечером.
Казалось бы, что особенного в поцелуе? Абсолютно ничего, люди целуются на каждом шагу, каждую секунду в мире целуются миллионы человек. Вот и он, один из таких, ничем не примечательных людей. Он целовался раньше, но это были поцелуи с девчонками. В школе была пара девчонок, которые активно намекали на продолжение, но дальше поцелуев дело не зашло. Стоило отметить и то, что ни один из поцелуев с этими воздыхательницами не смог поднять в нём такую бурю эмоций, как этот мимолётный поцелуй с Воскресенским.
В этот вечер Антон был недоволен тем, что вновь ложится спать позднее, чем планировал. Время за полночь, а Воскресенский никак не хотел уходить из комнаты и бряцал на своей гитаре. Разве можно пропустить это бряцанье? Он пытался писать вступление к своей курсовой, хотя на деле просто слушал его приятный голос.
Всё произошло, когда он возвращался из ванной комнаты по пустынному коридору общаги, шаркая по линолеуму своими тапочками. На плече полотенце, в руках зубная щётка, глаза прямо-таки слипаются, сонливость одолевает всё больше.
Бамс!
Натолкнулся на него. То, что это Денис, он знал наверняка, даже не поднимая головы, наверное, по запаху. Крепкие руки удержали его, когда он хотел отстраниться, хитрая усмешка.
— Полегче, спящая красавица.
— А ты следи за своим языком, иначе красавица может врезать так, что мало не покажется, — злобно прошипел Антон, сонливость тут же улетучилась, разом зачесались кулаки.
Ну вот почему Воскресенский такой… бесячий, вредный и вообще… Неужели ему так нравится издеваться над Антоном? Он находит в этом какое-то особое удовольствие?
— Уже трясусь от страха, видишь? — прошептал парень, наклоняясь ниже.
Взгляд карих глаз опустился на обнажённое плечо из-за съехавшего ворота футболки, правая рука тут же заскользила вверх и остановилась на плече, слегка сжимая. Потемневший взгляд снова метнулся на лицо, задержался на губах. А в следующую секунду он ощутил его тёплые мягкие губы. Они слегка прихватили его нижнюю губу, затем ещё раз сильнее, почти кусая, а потом он почувствовал горячий язык. Хватило лишь один раз провести языком по линии сомкнутых губ, чтобы они приоткрылись.
Вдали послышался скрип открываемой двери, и они отстранились друг от друга. Губы разочарованно сомкнулись обратно. Денис хрипло прошептал:
— Спокойной ночи, красавица.
Антон с трудом сглотнул, наблюдая за удаляющейся спиной Воскресенского и только сейчас заметил, что его сердце всё это время билось как бешеное.
Сейчас, ворочаясь на скрипучей кровати без сна, парень понимал, что пожелание спокойной ночи можно счесть издевательством. Он в который раз прикоснулся к своей нижней губе рукой, и в который раз отдёрнул ее, раздражённо выдыхая.
Чёртов Воскресенский!
Зачем он это сделал? Антон и без того ловил себя на мыслях о нём, а теперь ещё и это. Это ведь безумие! Они оба парни. Почему он так себя ведёт? Внезапная догадка обдала его как ледяной водой. А вдруг он проспорил кому-то? И его воображение мигом нарисовало сцену:
«Иди, чмокни того мелкого с физмата»
«Да ты гонишь!?»
«Умей проигрывать, чувак»
***
На лекции было очень трудно сконцентрироваться, то ли из-за того, что Зяблик слишком нудно рассказывает теорию и не торопиться приступать к практике, то ли из-за того, что мысли Антона витали совсем не там где нужно. Точнее, там, где совсем не нужно.
Он то и дело вспоминал тот злополучный поцелуй. Прошло уже два дня, Воскресенский вёл себя, как ни в чем не бывало. Возможно, догадка о том, что он просто кому-то проспорил, оказалась истиной. Но если это правда, то Антону тем более нужно прекратить думать об этом. Было и было, всё прошло.
Чёртов Воскресенский!
Он же мудак, каких поискать! Всегда терпеть не мог типов, которые за счёт других пытаются самоутвердиться. Если бы был не таким, вряд ли бы цеплялся к Антону по каждому поводу и взгляд этот хитрющий…
Зачем он это сделал?
О, ради всего святого, надо прекратить думать и анализировать! Ничего незначащий мимолетный поцелуй, а он, Антон, придает ему слишком большое значение. Воскресенский вон уже совсем забыл об этом, пора бы и ему тоже успокоиться и забыть тот случай в пустынном коридоре.
— Антон!
Но зачем всё-таки он это сделал? Антон отчётливо помнил его сбившееся дыхание, хрипловатый от эмоций голос… Неужели это тоже все притворство?
— Маслов?!
Парень вдруг понял, что обращаются к нему и вскинул голову на преподавателя. Зяблик был недоволен, что его игнорируют, а ещё он был порядком удивлён, ведь Антон всегда очень внимательно слушал лекции и тщательно записывал в тетрадь.
— Да? — Антон поднялся с места.
— Антон, что с вами творится в последнее время? Вы стали очень рассеяны, — парень лишь пожал плечами. — Будьте добры к доске и выполните данное вычисление.
Антон сбежал вниз и быстро приступил к выполнению, он знал, как это решается. Когда выводил ответ, в кармане бесшумно завибрировало, он старался не обращать внимания на телефон и довёл вычисление до конца.
Зяблик удовлетворительно кивнул и велел сесть на место.
Антон уселся, и постепенно мысли вновь перенеслись к Воскресенскому. Парень уже ненавидел и себя, и его, пообещал себе, что не будет думать о грёбаном поцелуе. Телефон в кармане вновь коротко завибрировал. Антон достал его, взглянул на экран и замер.