Жар под золой
- Автор: фон дер Грюн Макс
- Год: 1981
- Язык: русский
- Год: Прогресс
- Переводчик: Николай Николаевич Бунин
- Жанр: Современная русская и зарубежная проза
Электронная книга - «Жар под золой». Краткое содержание книги:
Тут в окне показалось лицо Габи.
— Лотар, — крикнула она, — ты лучше не вмешивайся, это мое дело, она меня лишила наследства, понимаешь, лишила за то, что я, не жалея сил, ухаживала за ней! — возмущалась Габи.
— Габи, спустись, открой дверь, это не твой дом, спустись, не то я сам поднимусь к тебе и вытащу тебя!
Пфайфер, стоявший рядом, изрек:
— У меня к вам такое предложение, господин Штайнгрубер: дадим ей просто-напросто отбушевать — у нас ведь все равно снято несколько комнат в «Римском императоре», и нам безразлично, сегодня мы попадем в дом или завтра.
Когда я снова хотел обойти дом, чтобы, если удастся, проникнуть в него через окошко чулана, парадная дверь вдруг отворилась, и из нее вышла Габи. Она плакала, плакала так горько, что все на ней ходило ходуном. Я взял ее за руку, подвел к Хелен, и Хелен пошла с ней через улицу к нашему дому.
Едва обе они скрылись за дверью, многочисленная родня, стряхнув оцепенение, хлынула в дом старухи.
— Хорошо получилось, — сказал Пфайфер. —Я вам очень признателен и сумею выразить свою признательность... Но меня вот что интересует, как по-вашему, эта женщина всерьез думала, что она единственная наследница?
— Я знаю только, что это говорила ей ваша мать. Вы мне лучше скажите, зачем было приглашать ее на вскрытие завещания, если ей вообще ничего не завещано?
— Охотно скажу: моя мать сделала добавление к завещанию, где выразила свою глубочайшую признательность этой женщине, и, для того чтобы завещание было юридически неуязвимо, нотариус должен был зачитать добавление в присутствии этой женщины, так мне, во всяком случае, кажется.
— Какое неслыханное великодушие проявила ваша матушка, внося свое дополнение. — С этими словами я ушел.
У нас в гостиной сидела Габи с зареванным лицом. Она все еще плакала.
— Ничего мне не завещала... как есть ничего... тридцать тысяч наличными... закладные...
Я не дослушал: в дверь позвонили. На пороге стоял Пфайфер, заполняя собой весь проем.
— Вы извините, я не знаю, какие вещи принадлежат лично этой милой женщине... Хорошо бы она сама их забрала... Вы понимаете, когда мы уже будем одни, понимаете...
— Понимаю, понимаю, — ответил я, — вещей у нее немного, с ее помощью я все унесу.
— Очень любезно с вашей стороны, благодарю... Что я еще хотел сказать... Да, эта милая женщина может по-прежнему жить в нашем доме, пока мы его не продали, на что он мне сдался, этот дом, тут столько надо перестраивать, чтобы он удовлетворил наши сегодняшние запросы; у меня дом есть, у моих детей тоже, я подыщу маклера, пусть он займется. А до тех пор она вполне может там жить.
— Хорошо, я ей передам, — ответил я и вернулся в дом. Габи все так же сидела в углу дивана и перекладывала скомканный платок из одной руки в другую.
— Дай мне водки, Хелен.
— Мы ее не держим.
— Ну ладно... Если бы она хоть разрешила мне остаться в доме...
— Скажи спасибо, что не разрешила, эта милая семейка устроила бы тебе сущий ад.
Тут я рывком поднял Габи с кушетки и сказал:
— А ну, поехали.
Я чуть ли не волоком протащил ее через весь дом и палисадник, затолкал в машину и тут же включил зажигание.
Габи безропотно все сносила. Только когда мы въехали в Северный поселок, она закричала:
— Нет, нет, Лотар, так нельзя, ты не должен так себя вести, нет и нет!
Франк был дома. На ветру плескался флаг.
И снова Габи безропотно последовала за мной. Франк увидел нас из окна, выбежал нам навстречу.
— В чем дело, Лотар? — спросил он.
Я энергично отодвинул его в сторону и вместе с Габи вошел в пустую гостиную.
Франк все еще стоял у дверей и растерянно глядел на нас. Я подошел к нему вплотную и сказал, повысив голос:
— Франк, вот это Габи. И она здесь останется. А если ты только посмеешь вторично ее выгнать, я надраю тебе твою поганую рожу.
После этого я направился к выходу, кипя от злости. Когда я был уже в передней, до меня донесся голос Габи:
— Франк, а где у тебя кухня? Я для начала сварю нам хороший кофе.
Дома Хелен молча протянула мне чек на пять тысяч марок. Чек был заполнен на имя Габи. Я вопросительно поглядел на Хелен.
— Пока тебя не было, сюда наведался Пфайфер.
— И ты взяла этот чек? Может, зря?
— А что мне было делать, порвать его, что ли?.. Уж лучше так, чем вовсе ничего... Да, еще он просил, чтоб мы ничего не рассказывали его семейству.
— Ну, тогда у него денег хватает, — сказал я и сунул чек в бумажник.
Теплые дни пробудили мой сад к новой жизни. Набухли почки, на газонах блестела свежая пленка росы, а сорняки так и призывали взяться за дело засучив рукава.