![Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
— гневно прошептала Катя. Шагах в десяти от того места, где
Рита пилила дрова, дымился небольшой костер. Перед ним на
круглом обрезке бревна сидел собаковод. Чуть поодаль стояла
Ефросинья. Вокруг них полукругом столпились конвоиры. И
лишь один, ефрейтор, тот самый рябой, что просил не трогать
Ефросинью, отошел в сторону.
— Матушка Ефросинья! Соглашайся замуж за меня! Я —
боговерующий! Хочешь, забожусь? — собаковод набрал пол186
ную грудь воздуха и громко выругался, — в бога, в Христа, в
богородицу, в рот и в нос и двенадцать телег боженят и в
каждого божененка, что ростом с маковое зернышко.
— Вот дает! — восхищенно восклицали конвоиры.
— Подженюсь — на руках заношу, мертвечиной кормить
стану. Троих беглецов за месяц убил, что не виделись с тобой.
Любишь человечинку, матушка попадья? — продолжал изде
ваться собаковод.
— Ты ее с Рексом познакомь! — посоветовал старший сер
жант.
— Не пойдешь за меня замуж — кобелю тебя отдам! Он
у меня заслуженный, три медали имеет! Подженишься, Рекс,
на матушке Ефросинье? Женись, псина, разбогатеешь! — бала
гурил собаковод, ласково поглаживая любимого пса.
— Песнями завлеки матушку! — подлил масла в огонь
молчавший до этой минуты конвоир.
— Споем, Ефросинья! — оживился собаковод и, скорчив
постную мину, загнусавил речитативом: Отец наш благочин
ный пропил ножик перочинный и тулуп овчинный.
— Омерзи-и-и-телыю, омерзи-и-и-тельно, омерзительно-о... —
мощным басом подхватил молодой конвоир, ударивший утром
Риту.
— Подпевай, матушка! Рекс рассердится! — предупредил
собашник и снова завыл. — А для попо-о-о-вской глотки, лишь
кусок селе-е-дки, да стаканчик во-о-дки.
— Удиви-и-и-телыю, удиви-и-тельно, удиви-и-тельио... — тон
ко, по-бабьи, запищал старший сержант, давясь от смеха.
— Матушка! Голоса твоего не слышу! — рассерженно
орал собашник. — Обижают нас, Рекс! Куси свою супругу
законную! Фас!
Пес ощетинился, глухо заворчал и, чувствуя, что отпущен
на длинный поводок, прыгнул к ногам Ефросиньи. Из жаркой
собачьей пасти блеснули острые клыки. Рекс поднялся на
задние лапы, а передними уперся в грудь Ефросиньи. Морда
его была вровень с ее лицом.
— Пой, матушка! Рекс — мужик строгий, — грозно пре
дупредил собашник, оттянув пса к себе.
— Убейте меня, — взмолилась Ефросинья. Она широко,
по-русски, перекрестилась и подняла глаза кверху. Губы ее
187
что-то беззвучно шептали, но что, Рита расслышать не могла.
— Не запоешь, Рекс одежонку сорвет! До вечера гнуса
покормишь! — орал взбешенный собашник.
Рябой ефрейтор круто повернулся к нему.
— За что измываешься над старухой? — срывающимся
голосом закричал он.
Конвоиры на минуту опешили. Первым пришел в себя
старший сержант.
— Седугин! Вы не имеете права делать замечания стар
шему по званию!
— А вы не имеете права издеваться над заключенными!
— гневно возразил Седугин.
— Рекс! Тащи матушку за запретную зону! — зашелся в
крике собаковод, спуская с поводка верного пса.
Мускулистое собачье тело взметнулось вверх. Глухой удар
и Ефросинья упала на землю. Она закричала пронзительно
и громко, а руки ее беспомощно потянулись к собачьей
морде. Могучие челюсти сомкнулись вокруг кисти левой руки.
Острые белые зубы жадно грызли тело.
— Забери пса! Обоих пристрелю! — дуло автомата смотре
ло в грудь собашника, указательный палец Седугина лежал
на спусковом крючке. Собашник с силой дернул Рекса за пово
док и вместе с ним испуганно попятился назад.
— Брось оружие, Седугин! Под трибунал пойдешь! — за
гремел начальник конвоя.
— Заступаешься за контру?
— Из-за них нас сюда прислали!