![Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/no-cover.jpg)
Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]
- Автор: Александров Григорий Матвеевич
- Год: 1978
- Язык: русский
- Год: SPecialiST RePack
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Я увожу к отверженным селениям . Том 1. Трудная дорога [calibre 4.99.5]». Краткое содержание книги:
Книга была издана в парижском издательстве «Имка-Пресс» в 1978 году. Как сказано в аннотации: «Дантовский стих дал название этому лагерному роману, уводящему читателя в круг гулаговского ада. Это не воспоминание, не «роман» в обычном смысле этого слова, а скорее народный эпос, рассказ о судьбах русских людей, о жизни в нечеловеческих условиях лагерей, о борьбе со злом, за сохранение человеческого достоинства».
тайга, угрюмая и непокорная. По обе стороны насыпи женщи
ны вбивали низенькие колышки и, привязав к ним тонкую
бечеву, натягивали ее. Дорога шла резко под уклон. Казалось,
что там, куда едва доставал глаз, она обрывается в пропасть.
Рита смотрела и не могла понять, каким же чудом поезда
побеждают отвесный крутой подъем.
— Смотришь, девонька? — спросила желтолицая седая жен
щина в заплатанных ватных брюках. Рита кивнула головой, не
в силах вымолвить ни слова. — Дивишься, небось, как паровоз по
эдакой крутизне ходит? Не на такое еще здесь насмотришься.
Паровозы, они железные, а машинисты — малосрочники, ге
ройствуют, вагоны часто с рельс сходят. Вот мы дорогу и
подиимать будем.
Поднять дорогу?.. Как ее поднимешь?! Шутит, наверно...
Не похоже... Глаза у нее больные, слезятся... — раздумывала
Рита. Когда вбили колышки и натянули бечеву, начальник
конвоя предупредил:
— Веревка — запретная зона. Один шаг за нее — пуля
в затрллок. Работайте! Ты, — старший сержант ткнул пальцем
в сторону Риты, — отдай штопку ей, — он указал на желто
лицую женщину в ватных брюках.
— Какую штопку? — не поняла Рита.
— Ту, что в руках держишь, дура деревенская. Этой дере
вянной лопатой путя подштопывают. Возьми железную лопату
у матушки, — начальник конвоя кивнул в сторону Ефросиньи,
— а ее сегодня на вагу посадим, пусть живот поднатужит,
ногами подрыгает. Ты спускайся вниз, носилки грузить. Долго
гривая попадья у меня попотеет. Молись, матушка! Трудись! —
Заметив, что Рита хочет что-то сказать, начальник конвоя
181
снял с плеча автомат и выразительно похлопал рукой по
прикладу.
— Видишь, чем пахнет? Марш на работу! — ничего не
понимая, Рита сошла с насыпи. Вместе с ней спустились
еще трое, они встали возле большой кучи гравия. Вереница
женщин с деревянными носилками в руках потянулась к
ним.
— Полней накладывай! — приказал конвоир Рите.
— Они не донесут, — хрипло возразила Рита.
— Чтоб я последнее слово от тебя слышал! За запретку
прогуляешься! — пригрозил конвоир.
До обеда Рита работала молча. Женщины иногда роняли
короткие фразы вполголоса, обращаясь друг к другу. Но Ри
та не знала никого из них, да и ее пока не знал никто. Иногда
она глядела вверх на насыпь. Заключенные принесли бревно,
сунули его по;д шпалу — ямку они заготовили раньше, —
шестеро из них легли телами на самодельный рычаг. Корот
кий отрезок железной дороги немного поднялся вверх. Рычаг,
его почему-то называли вагой, клонился вниз.
— Раскачивайте вагу! — кричал конвоир.
— Животом налегай, матушка! Животом! Ножками дры
гай! — весело хохотал начальник конвоя.
Под приподнятые шпалы женщины бросали лопаты песка
и гравия. Четверо заключенных — среди них Рита узнала
желтолицую — поспешно трамбовали гравий штопками.
— Штопайте лучше! — кричал начальник охраны.
— Чо зыркаешь, контра?! — пробурчал молодой конвоир,
пиная Риту носком сапога. — Работай!
Солнце поднялось высоко. Тучи мелкого гнуса, как тонкая
кисея, скрывали лица заключенных. Гнус жалил лицо, лез
в глаза, кусал открытые руки, заползал под одежду, набивался
в нос и в уши. Стоило на минуту открыть рот, и Рита с омер
зением сплевывала черную от гнуса слюну. Конвоиры натянули
на лица волосяные сетки накомарников и, несмотря на жару,
приказали развести костры. Конвоиры подбрасывали в огонь
зеленые сырые ветки. Густой дым поднимался над чадящими
кострами, отгоняя таежный гнус и комаров.
— В гробу я видел такую службу, — выругался молодой
конвоир, тот самый, что ударил Риту. Лопата уже дважды
182
выскальзывала из ее ослабевших рук. Рита пыталась выпря
миться, отдохнуть, хотя бы минуту, смахнуть с лица крыла