![Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/3/6/3/7/7/lyubov-po-sankyulotski-quand-l-amour-etait-sans-culotte-download.jpg)
Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]
- Автор: Бретон Ги
- Серия: Истории любви в истории Франции #6
- Год: 2013
- Язык: русский
- Год: Этерна
- ISBN: 978-5-480-00293-5
- Переводчик: В. В. Егоров
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]». Краткое содержание книги:
Таким образом, мы получаем еще новые доказательства того, что любовь, роль которой в Истории современные ученые упрямо стараются не замечать, была движущей силой и причиной всех человеческих поступков, подобно тому, как в предыдущие века она подвигала всех принцев на их деяния….»
У Ферсена были все основания сетовать. К его дорогой подруге относились очень недостойно.
Послушаем свидетельство человека, которому удалось увидеться с Марией Антуанеттой в ее застенке:
«Комнатка ее была маленькой, сырой и зловонной; в ней не было ни печки, ни камина. Там стояло три кровати: одна для королевы, другая, рядом, для прислуживавшей ей женщины, а третья для двух жандармов, не покидавших комнату даже тогда, когда королеве надо было справить естественные надобности.
Кровать королевы была, как и две другие, деревянной; на ней лежали соломенная подстилка, матрац и шерстяное одеяло; простыни были из грубого серого полотна, как и постельное белье на двух других кроватях; шторы заменяла старая ширма.
На королеве была черная кофта; волосы ее, подстриженные на лбу и сзади, были седыми; она так сильно исхудала, что ее с трудом можно было узнать, и была так слаба, что едва держалась на ногах. На пальцах у нее не было никаких перстней, только три кольца. Женщина, прислуживавшая ей, была из породы торговок рыбой, и королева очень от нее страдала…
Королева всегда ложилась спать в черных одеяниях, ожидая, что в любой момент ее могут убить или отвести на казнь, а посему она постоянно носила траур. Мишони плакал от боли за нее. Он подтвердил мне, что королева потеряла много крови и что, когда надо было сходить в Тампль за черной кофтой и одеждой, которая была нужна королеве, он смог это сделать только после того, как получил на то одобрение Совета…»
Узнав обо всех этих подробностях, Ферсен с отчаянием подумал, что Мария Антуанетта пропала…
Пока швед сетовал на свое несчастье, в Париже шевалье де Ружвиль предпринял попытку спасти королеву. Этот немного безумный человек был уже давно влюблен в Марию Антуанетту и всюду следовал за ней. Он защищал ее во время событий 20 июня и 10 августа и мечтал о том, чтобы доказать ей свою любовь, совершив героический поступок.
С помощью одной богатой американки, госпожи дю Тилель, и де Мишони, одного из администраторов полиции, которому было поручено посещать Марию Антуанетту, он разработал дерзкий план, заключавшийся в том, чтобы пробраться в «Консьержери», переодеть великородную пленницу и вывести ее из тюрьмы под видом прачки.
В начале сентября ему удалось проникнуть вместе с Мишони в камеру королевы. Там он обронил около кровати королевы красную гвоздику, в которой было спрятано письмо. После ухода этих мужчин королева прочитала письмо и сразу же уничтожила его. На другой день она вручила одному из жандармов лист бумаги, на котором с помощью булавки она написала эту фразу: «С меня не спускают глаз, я не могу ни говорить, ни писать».
— Не могли бы вы передать эту бумажку жене тюремщика, — попросила она.
Но жандарм был начеку. Накануне он заметил уловку де Ружвиля и заподозрил, что готовится побег. Внимательно рассмотрев бумажку, он заметил маленькие проколы и прочитал то, что было написано. И тут же отправился доложить начальству о том, что он обнаружил.
Эта записка, в которой не было ничего крамольного, очевидно, взбесила членов Конвента. Эбер в своей газете «Пер Дюшен» потребовал немедленной казни королевы: «Палач должен сыграть в шары головой этой волчицы… Надо предать суду австрийскую тигрицу… За всю пролитую ею кровь ее надо изрубить на мелкие кусочки…»
И Марию Антуанетту перевели в темную и грязную камеру…
Так, по вине слишком ретивого влюбленного, условия пребывания в заточении бедной королевы стали еще более суровыми…
В этом застенке Мария Антуанетта провела несколько недель.
Чего же ждали, почему же не начинался суд?
Все объясняется очень просто. Ждали, пока найдется хотя бы какой-нибудь повод для предъявления ей обвинения, поскольку юристы не нашли ни малейшего состава преступления и даже признаков ее виновности в чем-то. И все ломали голову над тем, как бы отправить эту несчастную на гильотину, придав всему этому хотя бы видимость какой-то законности.
В конце концов 5 октября вконец расстроенный Фукье-Тенвиль пожаловался в письме Конвенту, что в деле королевы не было ни одного компрометирующего ее документа.
На что получил необычный ответ:
«Мы не имеем доказательств для того, чтобы предоставить их Вам. Республика рассчитывает на Ваше рвение и надеется, что Вы их чем-нибудь замените…»
Это было разрешение придумать любой повод и состав преступления. Общественный обвинитель посоветовался с друзьями, и ужасному Эберу пришла в голову мысль выдвинуть против королевы гнусное обвинение, заключавшееся в том, что королева занималась со своим восьмилетним сыном «бесстыдными ласками». Обрадованный Эбер помчался к маленькому принцу и, недостойно воспользовавшись его наивностью, заставил того подписать показания, «в которых он обвинял мать свою и тетку в том, что те привили ему порочные наклонности и принуждали его к кровосмешению»[181].
181
Юный принц был для Эбера легкой добычей. За четыре года до этого королева написала относительно принца: «Сын мой легко повторяет то, что услышит; часто, вовсе не желая обманывать, он добавляет к этому то, что подсказывает ему его воображение. Это самый серьезный его недостаток…» (Письмо к госпоже де Турзель).