Любовь по-санкюлотски [Quand l’Amour était Sans-Culotte]

«Вы, несомненно, знаете, дорогая моя София, что в этот самый момент произошло ужасное событие: королеву перевели в тюрьму „Консьержери“, и был принят декрет этого ненавистного Конвента о передаче ее Революционному трибуналу для суда. С этого момента я больше не живу, поскольку жизнь в таких страданиях, какие испытываю я, это не жизнь. Если бы я мог еще действовать, сделать еще что-то для того, чтобы освободить ее, я страдал бы много меньше. Не иметь возможности ничего сделать — это ужасно. Таубе расскажет Вам о той единственной оставшейся у нас надежде и о том, что я просил. Быстрый бросок на Париж — это единственное, что остается сделать. Но я остаюсь в неведении, принят ли был этот план и будет ли он выполняться. О! Как ужасно ждать и ничего не делать. Я отдал бы жизнь за то, чтобы она спаслась, но и этого я больше не могу сделать. Для меня самым большим счастьем было бы умереть за нее, но и в этом счастье мне отказано… Прощайте, дорогая София. Молите за нее Бога и пожалейте Вашего несчастного брата…»