Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества
- Автор: Строков Петр Сергеевич
- Год: 1985
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Критика
Электронная книга - «Всеволод Кочетов. Страницы жизни, страницы творчества». Краткое содержание книги:
Теперь уже не тот климат в институте и для кандидата наук Самаркиной, пользовавшейся особым покровительством Мелентьева, поскольку была безотказным «дежурным оратором» на всех собраниях, совещаниях и митингах — всегда выручала в «трудную» минуту. Но это был своеобразный оратор. О чем бы ни шла речь на собраниях, Самаркина неизменно сводила свое выступление к прозрачным намекам на необходимость назначения ее на должность с зарплатой, «целиком и полностью» соответствующими ее ученой степени. Эту претензию бесталанной служительницы науки оставляли без внимания даже самые покладистые предшественники Колосова, а лично он после недолгой беседы с Самаркиной на ту же тему приобрел гневного и непримиримого обличителя во всех «пороках».
Бесполезно перезанимавший в институте почти все более или менее ответственные должности «незаменимый» Харитонов и безвольный, морально опустившийся заведующий издательским отделом Липатов дополняют облик этой группки людей, паразитирующих на труде целого коллектива. Составляя в нем абсолютное меньшинство, эти люди шумихой о своих мнимых талантах и заслугах создавали видимость некой силы, делающей в институте погоду. Они и впрямь во многом определяли ее. С приходом Колосова и его первыми шагами по преобразованию работы института все эти горе-ученые почувствовали неладное для себя и переходят в наступление.
Как это ни покажется странным, во главе их оказалась действительно имевшая заслуги перед наукой «блистательная» Серафима Антоновна Шувалова — доктор наук, профессор, дважды лауреат Сталинских премий — сила! Однако ничего странного и удивительного в этом нет. Достигнув определенных высот в науке, известности и положения, самовлюбленная холодная эгоистка Шувалова успокоилась, почила на лаврах и предалась радостям мещанского благоденствия с претензией на роскошь и «аристократизм». А в результате — застой, творческое бесплодие и, наконец, неприглядная история с ловко замаскированным присвоением новаторского труда группы инженеров-практиков Верхне-Озерского завода.
Чтобы сохранить за собой исключительное, барское положение в институте и при новом директоре, Шувалова, знакомая с Колосовым еще с довоенных лет, сначала старалась «приручить» его, встала в позу его лучшего друга и советчика, пыталась пустить в ход даже свои несколько уже поблекшие, но все еще впечатляющие женские чары. Однако все впустую. Такой простодушный, доверчивый и «милый» (любимое шуваловское словечко в обращении с директором), Павел Петрович начинает относиться к ней все более настороженно. А когда ему стал известен факт присвоения «блистательной» Серафимой Антоновной чужого труда, он не только не замял дело, на что она, безусловно, рассчитывала, но и назначил авторитетную комиссию, которая на партийном собрании подтвердила этот печальный для института факт.
История с плагиатом несколько подорвала авторитет Шуваловой, но в общем-то не причинила особого ущерба ее влиянию в институте. Однако страх, пережитый ею в дни работы комиссии, перерос в лютую ненависть к директору. Не сбрасывая личины «друга» Павла Петровича, Шувалова начала плести вокруг него хитроумную сеть интриг, сплетен и провокаций под «девизом»: «Такое руководство надо гнать, гнать, гнать!»
Таким образом, гражданские и человеческие качества Колосова раскрываются как в отношениях и связях с лучшими представителями коллектива, так и в столкновениях с лишними, а порой и просто вредными для института людьми. В «Заметках о литературе» (1955 — 1956) А. Фадеев писал: «Точными штрихами обрисованы сотрудники института, — их немало, — выступающие каждый в своей неповторимой индивидуальности. Тонко и остро подает Кочетов косные силы в науке, окопавшиеся в этом институте. Среди них только представитель так называемой «чистой науки» профессор Красносельцев дан несколько упрощенно. А образ карьеристки Шуваловой, главного скрытого организатора этих сил в институте, дан с предельной выпуклостью, — все мы встречали таких дам, и не только в научной сфере»[102].
Косные силы стали серьезной преградой на пути преобразования работы института еще и потому, что не на высоте оказался секретарь партбюро Мелентьев — человек недалекий, равнодушный, сторонник беспринципных компромиссов и размеренно-спокойного серенького течения жизни.
102
Фадеев А. О литературном труде. М., Гослитиздат, 1961, с. 102.