Электронная книга - «История одной любви. Начало». Краткое содержание книги:
Или трагедия.
Решайте сами.
Машенька со вздохом поджала губки:
— Кроме шуток: зря я за тебя заступилась. Посидел бы пятнадцать суток в тюрьме за избиение несовершеннолетней, вот это было бы воспитание.
— Сутками сидят в камере предварительного заключения, сокращенно КПЗ, а в тюрьме — годами. По указанной статье меня выпустили бы перед пенсией.
— Это еще лучше. Никогда больше не поднял бы на меня руку. Просто не смог бы от старости.
— Ты так меня не любишь?
— А за что тебя любить? За то, что бьешь?
— Говорят: «Бьет, значит, любит». Брат тебя любит, сестра.
— Вот подрасту, силенок наберусь для отпора, и тоже тебя полюблю.
Привычная юморная перепалка вернула мир в души, и мы под ручку зашагали дальше.
В отличие от женских шопингов с их бесконечными прикидками и приглядками, я заставил Машу покупать приглянувшееся сразу же, а стандартное, где не требовалось примерок, брал сам, не спрашивая, нравится или нет. Машка не сопротивлялась, убедившись в бесполезности возражений. Примерно через четыре часа хождений мы обросли пакетами, как деревья листвой. Руки, грозя оторваться, тянули к земле. Я направился к остановке автобуса:
— Пойдем. Разгрузимся, пообедаем, затем продолжим. Все основное купили, теперь могу тебе город показать.
— Я сама погуляю и посмотрю. Есть не хочется, хотя твоя чё… — Машка плутовски сощурилась, — чопорная подружка очень вкусно готовит. Вечером отъемся за весь день.
Переубедить было невозможно, а применить силу мешали пакеты. Мы разошлись с обещанием, что если Машка заблудится или что-то случиться, она мне позвонит.
До вечера я сам дважды звонил узнать, как дела. Все нормально, она гуляла, настроение отличное. У нее отличное, а я чувствовал себя матерью, отправившей дитя в темный лес. В сказке про Красную Шапочку на месте дровосеков следующим после волка я зарубил бы сбрендившую мамашу, которая настолько не любит дочь.
Вернулась Машка довольная, порозовевшая и голодная до чертиков. Пока Хадя накладывала, сестренка — ну, вся в родительницу — как бы припомнила:
— Мама сказала, что если будешь упорствовать в размещении меня в ущерб вашим отношениям, то сразу набирать ее и передать телефон тебе для выговора. Значит, сегодня я сплю на кухне.
— А вчера насчет маминых слов почему умолчала?
— Хотелось побыть наедине с твоей девушкой. Теперь любопытство удовлетворено, смогу уснуть спокойно.
Пока Хадя возилась на кухне, сестренка весла себя странно — сидела как на иголках. Чувствовалось, что она нервничает, с каждой минутой все сильнее. Машку постоянно тянуло к окошкам, глаза то и дело косились на телефон. Наконец, она позвонила куда-то сама.
— Не отвечает. Саня, поможешь? Нужно во двор сходить.
Я встал и сложил руки на груди.
— Рассказывай.
Машка смутилась, взгляд превратился в таракана и попытался уползти в щель под плинтусом.
— Захар тоже в городе, мы договорились, чтобы он ждал на улице. Но он не звонит, а телефон выключен.
— Телефон заряжать нужно, конспираторы, тогда в глупую ситуацию не попадете. Ну, пошли, Джульетта, искать твоего Ромео.
Захар нашелся на детской площадке, куртка оказалась порванной, нос в крови.
— Телефон украли, — сообщил он, слегка гундося.
Задранная голова должна была замедлить поток крови, который в реальности давно иссяк.
— Бедненький мой… — Машка принялась квохтать, как наседка, прыгая со всех сторон и отирая разбитое лицо носовым платком.
— Пойдем, ковбой. — Приглашающим жестом я указал Захару на подъезд.
Хотел сказать «каратист», как того в свое время отрекомендовали, но решил не растаптывать его репутацию окончательно. Он же тогда честно отнекивался, это меня и подкупило.
— Ковбой — коровий мальчик, — блеснула Машка знаниями английского. — Ты кем сейчас меня обозвал?
— Тебя? А-а, дошло. Прости, пусть будет делавар, повстречавшийся с недружественными индейцами. Пойдем, походный лазарет ждет.
— Нога очень болит, — пожаловался Захар.
— Сломана?
Придется везти пацана в травмпункт. Конечно, лучше бы полицию вызвать и «скорую», но дома — Хадя. Начнут докапываться, кто есть кто, а у каждого полицейского, наверняка, на руках ориентировка…
Машка опередила с мыслью о государственной поддержке избитых и униженных:
— Надо в полицию звонить, отобранный телефон денег стоит.
— Он старый, ерунда, давно хотел новый купить.
Конспираторы переглянулись. Они хотели остаться вдвоем, парень ради этого ехал в другой город, а вместо романтического вечера светят долгие допросы в полиции с заполнением протоколов и поиском возможных обидчиков. Оба не желали тратить время на глупости. Последнее — с их точки зрения. Хорошо, что желания юных дарований в этот раз совпали с моими. На всякий случай я решил просветить: