Проза И. А. Бунина. Философия, поэтика, диалоги

Бунинский дождь, названный в исследовании М. С. Штерн «самым константным и в то же время разнообразным»[228], обнаруживая, действительно, в разных контекстах смысловую вариативность, с одной стороны, коррелирует с темой вечной взаимоустремленности женского и мужского начал в мире, а с другой – соотносится с идеей преображенного Эроса, символизирует участие неба в той любви, которую герой «Натали» называет «любовью до гроба». Кстати, в этом рассказе автор дает образ именно такого дождя, приносящего с собой в человеческий мир тепло, мягкость, нежность, просветление. Вспомним, что в финальной сцене Натали встречает Мещерского на крыльце «при свете лампы, <…> вокруг стекла которой, в мягком после дождя воздухе, кружились мелкие розовые бабочки» (7, 168). И чуть позднее, накануне ее прихода, сидя у раскрытого окна и прислушиваясь к своему вновь обострившемуся чувству, герой ощущает то же тепло и свет вокруг себя: «Ночь была необыкновенно тиха, было уже поздно. Должно быть, прошел еще небольшой дождь – еще теплее, мягче стал воздух. <…> Светлый круг месяца, <…> как будто замер на одном месте» (7, 17).

Итак, используя свойство «феноменологического» текста – «говорить самому за себя», мы рассмотрели тот ряд пространственных доминант произведения, который может быть истолкован как своеобразный результат стремления художника обозначить, «явить» женское начало в мире, его притягательность, обаяние и мистическую основу. Однако не будем забывать, что этот ряд соседствует с другим не менее важным рядом повторяющихся образов, объединенных мотивом дороги. Географическая широта «Темных аллей», о чем уже упоминалось ранее, дополняется еще и фактом постоянного перемещения героев-мужчин. Они, как правило, не имеют собственного дома, не стремятся к его созданию или же просто комфортнее чувствуют себя именно «в дороге» («Темные аллеи», «Руся», «Генрих»). Герой-любовник либо путешествует, либо выступает в роли «временно проживающего», гостя, заехавшего «по случаю» и т. п. Местом встречи становятся гостиница, постоялый двор, купе поезда, вокзал, пароход, усадьба, в которой гостит герой, дача, им снимаемая, и т. п. Обилие образов и лексики, связанных с дорогой, с поездками и путешествиями, «перегруженность» ими текста сближают «Темные аллеи» с «Жизнью Арсеньева»: «на одной из больших дорог», «приехав в Москву», «я <…> остановился в номерах», «третий звонок оглушил меня, тронувшийся поезд поверг в оцепенение», «гнал по черноземной колее вдоль шоссе», «показался знакомый постоялый двор», «уехал на тройке на железную дорогу», «скорый поезд <…> остановился на маленькой станции», «вагон первого класса», «за Курском, в вагоне-ресторане», «через рельсы переходил кондуктор с красным фонарем», «студент поехал к дяде и тете», «простился с ней на перроне», «мягкая дорога в поле», «бежал пароход “Гончаров”», «темный вокзал станции», «он побежал на вокзал», «через два дня он уехал», «потом <…> страшное время – время его нового отъезда», «ты ведь знаешь, как часто я ездил», «подъезд Брестского вокзала», «войдя в гулкий вокзал вслед за торопящимся носильщиком», «они, качаясь, пошли по бесконечным туннелям вагонов», «люблю я вот такие вагонные ночи», «и был венский вокзал», «я приехал поздно», «провожал ее на Курском вокзале, <…> спешили по платформе», «поезд шел среди сосновых лесов» и т. п. и т. п.