«Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая
- Автор: Иванов Н. С.
- Год: 2021
- Язык: русский
- ISBN: 978-5-00165-256-4
- Жанр: Публицистика
Электронная книга - ««Если есть на свете рай…» Очерки истории Уругвая». Краткое содержание книги:
Уже во время президентства «колорадиста» Хуана Кампистеги (1927–1931 гг.) стала намечаться угроза государственного переворота. Ответом на нее была статья в батльистской газете «El Ideal» в январе 1930 г, в которой теплились надежды на «героя-одиночку»: «Если во мраке готовится мятеж, то можно спокойно подготовить и демократический ответ. Лишь только появится какой-нибудь диктатор – сразу же поднимется и тот герой, который сразит и уничтожит его»[352].
Эта флегматическая позиция отдавала поле соперничества реакционным силам, которые методично готовили переворот. Руководители батльистов не воспринимали серьезно активную деятельность Луиса Альберто де Эрреры (1873–1959) – крайне правого деятеля из стана Бланко. Они также игнорировали опасность, исходившую от «ривериста» Манини-и-Риоса, известного приверженца итальянского фашизма.
Бюрократизация, коррупция и аморализм проявились в ходе президентских выборов в ноябре 1930 г., когда против Колорадо были выдвинуты многочисленные обвинения в подкупе должностных лиц и подтасовке результатов голосования. Однако по рассмотрении многочисленных жалоб и исков Избирательный суд, как и в многочисленных случаях ранее, признал результаты действительными, и к власти пришел кандидат от Колорадо Габриэль Терра, который называл себя «батльистом-гетеродоксом», что выразилось впоследствии в отказе от основных постулатов батльизма и дистанцировании от центристов и левого крыла Колорадо.
В сентябре 1931 г. Терра начал пропагандистскую кампанию по изменению конституции (чтобы пересмотреть ее в соответствии с нормами законодательства, у него не было большинства в Генеральной ассамблее). К 1933 г. критика основного закона страны достигла апогея. В журналах и газетах пытались всячески опорочить форму правления, существовавшую в стране. Утверждали, что ответственность за все беды, обрушившиеся на Уругвай, лежит на коллегиальном управлении государством, «слишком широкой» муниципальной автономии, частых выборах. Терра обвинил Национальный совет администрации в «бездействии и отсутствии плана по выводу страны из кризиса». Он предлагал ограничить до минимума вмешательство государства в экономику, свернуть батльистский курс социальных реформ и сократить налоги на бизнес.
В условиях роста безработицы и снижения уровня жизни политический климат в стране становился все более напряженным, и власти все чаще использовали репрессивный аппарат. Нередкими стали кровавые столкновения между демонстрантами и полицией, в которых гибли люди.
На втором этапе Терра и его сторонники перешли к полицейским провокациям. В феврале 1932 г. в полиции сфабриковали фейк – так называемый «план захвата и свержения государственных учреждений Уругвая». Печать трубила о «раскрытом заговоре», хотя полиция не представила на одного доказательства его существования. Однако фальшивку использовали в качестве предлога для репрессий. Начали с того, что закрыли газету «Хустисиа» – центральный орган компартии. Несмотря на парламентскую неприкосновенность был арестован один из депутатов Генеральной ассамблеи, член КПУ. В тюрьмы бросили более 400 рабочих и студентов, протестующих против произвола властей, и закрыли большинство рабочих клубов.
Стало ясно, что правые готовят переворот. Однако даже в этот критический момент центристы из Колорадо демонстрировали полное безволие. Одна из газет, основанных Батлье, писала: «Хотя и не соглашаясь полностью с президентом, мы уверены, ввиду его репутации добропорядочного человека, что он исходит только из общественных интересов и примет мудрые решения, которые нормализуют обстановку»[353]. Не уделялось практически никакого внимания активной деятельности политиков, сгруппировавшихся вокруг Терры и участвующих в заговоре: крайне правого лидера партии Бланко Луиса Альберто де Эрреры (1873–1959), «ривериста» из стана Колорадо Манини-и-Риоса.
В марте 1933 г. правые и профашистские организации объявили о «марше на Монтевидео», по аналогии с «маршем на Рим», который за десять лет до этого привел к власти в Италии Бенито Муссолини. Он был назначен на 8 апреля.
31 марта Терра выступил с обращением к Генеральной ассамблее, в котором сообщил о «чрезвычайных мерах, принимаемых во избежание беспорядков». Согласно его распоряжению были распущены обе палаты парламента, освобождены от своих постов члены Национального совета администрации. Президент, опасавшийся народной волны протеста, сменил свою резиденцию на казармы противопожарной службы (входившей в полицейское управление, возглавляемое его зятем, Альфредо Бальдомиром).
352
El Ideal, 10.1.1930.
353
El Ideal, 23.2.1932