Мужество любви [Автобиографический роман]

Идут в «психическую атаку» белогвардейцы… Строчат пулеметы… Мчатся тачанки… Красным ветром несется на коне Чапаев… Падает, как подстреленная птица, пулеметчица Анка…

Для меня не существовало ни стен кинотеатра «Спартак», ни переполнивших зал зрителей.

Но вот на светлое полотно набежала крупная надпись: «Конец».

Экран погас.

Вспыхнула люстра.

Я сидел прикованным к месту.

— Пойдем!.. — тихо позвала Вера. (У нее заплаканные глаза.)

Мы вернулись домой с дневного киносеанса, буквально зачарованные новым фильмом «Чапаев». Я уселся с книгой на диван. Не читалось. Передо мной все время живой начдив, в бурке, в заломленной папахе…

— Это великолепно! — сказал я. — В Бабочкине ожил легендарный полководец гражданской войны! Это не просто отличная актерская игра, не-ет! Это высочайшая степень перевоплощения, с отдачей всего таланта, сердца, души!

— Я наревелась, мамочка. Как может потрясать настоящее искусство!

— Я рада за вас, мои дорогие, — тепло проговорила Мария Яковлевна. — И в театре и в кино надо или плакать, или смеяться. Если останешься равнодушным, выходит, тебе показали пустышку… Пойдем, Вера, на кухню, поможешь мне.

Я включил репродуктор… Музыка…

Но внезапно все оборвалось.

Из черного зева репродуктора начали падать слова, будто откуда-то сорвавшиеся камни: «Первого декабря, в шестнадцать часов тридцать минут, в городе Ленинграде, в здании Ленинградского Совета (бывший Смольный) от руки убийцы, подосланного врагами рабочего класса, погиб секретарь Центрального и Ленинградского комитетов ВКП (большевиков) и член Президиума ЦИК СССР товарищ Сергей Миронович Киров. Стрелявший задержан. Личность его выясняется…»