![Мужество любви [Автобиографический роман] - Читать Любимую Русскую Полную Книгу 👉 Read-E-Book.com](/uploads/posts/books/5/2/6/9/0/muzhestvo-lyubvi-avtobiograficheskij-roman-download.jpg)
Мужество любви [Автобиографический роман]
- Автор: Дьяков Борис Александрович
- Год: 1982
- Язык: русский
- Год: Современник
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Мужество любви [Автобиографический роман]». Краткое содержание книги:
— Остальное ты видел, — улыбнулся Габо. — Твою руку, кунак! Спешу. Меня ждет машина секретаря горкома. Приютился у него на даче… Ты на юбилей, разумеется?
— Корреспондент областной газеты не может не быть на таком юбилее! — подражая тону Габо, ответил я.
Город был празднично украшен. Повсюду портреты Мичурина…
На следующий день — общегородской юбилейный митинг.
С трудом пробираюсь к трибуне. Вот и юбиляр!.. В черном демисезонном пальто, в фетровой шляпе с загнутыми полями, он смотрел на бурлящее перед ним людское море. Казалось, видит в лицо каждого, кто пришел сюда. Его взгляд как бы говорил: «Восемьдесят лет! Шестьдесят из них я отдал вам, люди! Тебе, родная русская земля! Тебе, великая русская наука!.. Я не вечен. Уйду в лоно матери-земли, покину солнечный мир. Но верю: мои сады будут цвести вечно, мои плоды будут созревать вечно, мои труды будут нести людям радость вечно!»
На трибуне много приехавших гостей. У самого барьера стояли Варейкис, президент Сельхозакадемии Вавилов, Панферов, Швер… И какой-то старик иностранного обличья.
Александр Владимирович подозвал меня:
— После митинга вместе с нами — в питомник!
…У дома Мичурина росло высокое дерево. По его стволу тянулась виноградная лоза. Она так здесь прижилась, породнилась с деревом, что даже на зиму ее не укрывали. Я задержался у входа. Не мог оторвать глаз от лозы, будто явившейся сюда из сказочных садов Семирамиды, как восьмое чудо света.
Мы пошли в сад. Солнце скрылось за тучей. Кружились опавшие листья. В серой хмурости дня яблони и груши горели теплым глубинным огнем. Сама природа зажгла в этом диковинном саду свою, мичуринскую елку. Иван Владимирович угощал нас вишнями. Их можно было теперь, в сентябре, срывать прямо с веток. Налитые сладким, необычным по аромату и цвету соком, вишни таяли во рту: мичуринская «плодородная»!
— Все сам… да!.. своими руками, — объяснял он. — Еще вкусней можно вырастить вишню… чтоб и косточка была съедобной… Это уже не я… да, не я… Мои последователи. Они обязаны опередить меня… Да!.. опередить, и дальше, дальше!
И тут же обратился ко мне:
— Вы кто бу-де-те, молодой человек?
Швер представил.
— Корреспондент?.. — Мичурин строго взглянул на меня. — Ничего не придумывай, ни-ни!.. А то знаю вас!.. Тысячу и одну ночь… — Он не договорил, закашлялся.
— У вас, Иван Владимирович, столько здесь сказочной правды, что самая пылкая фантазия будет бледной, — ответил я.
Мичурин улыбнулся:
— То-то!.. Никаких сказок, ни-ни!.. Есть вопросы?
— Скажите, пожалуйста, правда, что косточки сацера вам прислали из Монголии? Похитили у буддийских монахов?
— Гм, разведал!.. Из Монголии, да!.. в тринадцатом году еще… А как их добыли — не знаю… Ежели то, что рассказывают, есть легенда, то она хорошая. Ее придумали люди, желающие видеть землю в цвету…
Подошел иностранец, которого я приметил на трибуне: американский профессор Нильс Ганзен. Почтительно приподнял шляпу. Заговорил на чистом русском языке:
— Как чувствует себя доктор Мичурин?
— Восемьдесят стукнуло. Стари-и-ик…
— У вас восемьдесят лет молодости, а не старости! Вы в таком возрасте самый молодой человек на планете!
Ганзен взглянул на Швера, как бы ища поддержки.
— Сегодня Ивану Владимировичу пионеры повязали галстук, — сказал Швер. — В отряд зачислили.
— Верно! — подтвердил Мичурин. — Это меня… малярия, а то бы я… — Он сдвинул шляпу на затылок, подбоченился. — А то бы я… да! куда хотите!.. Все же старость не радость. Народ зря пословицу не придумает.
Заморосил дождь. Иван Владимирович пригласил нас под крышу старого дома. Усадил в плетеные садовые кресла. Предложил откушать лежавшие на блюде, точно сотканные из солнечных лучей, яблоки-груши «пепин-шафранный». Потом доверительным тоном, с большим внутренним удовлетворением сообщил, что вчера его навестил всесоюзный староста.
— У вас, кажется, давнишняя дружба с Михаилом Ивановичем Калининым? — спросил Швер, наслаждаясь ароматным плодом.
— Еще с двадцатого… И началась… с недоразумения. Да, было такое…
А как и что именно было, рассказала Мария Ивановна, дочь Мичурина, гуляя с нами в саду после дождя.
(Проезжая Козлов, Михаил Иванович захотел посетить знаменитого садовода. Попросил никому не объявлять. Пешком направился к мичуринской усадьбе. В пиджачной паре, в черном, глубоко посаженном на голову картузе, с палочкой. Обычный прохожий!.. Дверь открыла Мария Ивановна. Осведомилась о фамилии гостя (даже мысли у нее не было, как она сказала, что это председатель ВЦИК), провела в гостиную. Приоткрыв дверь кабинета, позвала: