Толкования на русские народные сказки. Заветы древней мудрости
- Автор: Байдин Валерий Викторович
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: Алетейя
- ISBN: 978-5-00165-284-7
- Жанр: История
Электронная книга - «Толкования на русские народные сказки. Заветы древней мудрости». Краткое содержание книги:
Автор основывается на многолетнем изучении старинных поверий и обрядов, устной словесности и народной религиозности. Книга является дополнением получившего известность исследования «Древнерусское предхристианство» и предназначена широкому кругу читателей – всем, кого влекут сокровища народной мудрости.
Морской царь и Василиса Премудрая
За тридевять земель, в тридесятом государстве жил-был Царь с царицею; детей у них не было. Поехал царь по чужим землям, по дальним сторонам, долгое время дома не бывал. На ту пору родила ему царица сына, Ивана-царевича, а царь про то и не ведает. Стал он держать путь в свое государство, подъезжать к своей земле, а день-то был жаркий-жаркий, солнце так и пекло! И напала на него жажда великая: что ни дать, только бы воды испить! Осмотрелся кругом и видит невдалеке большое озеро, подъехал, слез с коня, прилег на брюхо и давай глотать студеную воду.
Пьет и не чует беды, а царь морской ухватил его за бороду.
– Пусти! – просит царь.
– Не пущу, не смей пить без моего ведома!
– Какой хочешь возьми откуп – только отпусти!
– Давай то, чего дома не знаешь.
Царь подумал-подумал – чего он дома не знает? Кажись, все знает, все ему ведомо, – и согласился. Попробовал – бороду никто не держит. Встал с земли, сел на коня и поехал восвояси.
Вот приезжает он домой, царица встречает его с царевичем, такая радостная. А он как узнал про свое милое детище, так и залился горькими слезами. Рассказал царице, как и что с ним было, поплакали вместе, да ведь делать-то нечего, слезами дела не поправишь.
Стали они жить по-старому; а царевич растет себе да растет, словно тесто на опаре – не по дням, а по часам. И вырос большой.
«Сколько ни держать при себе, – думает царь, – а отдавать надобно: дело неминучее!» Взял Ивана-царевича за руку, привел прямо к озеру.
– Поищи здесь, – говорит, – мой перстень. Я ненароком вчера обронил.
Оставил царевича одного, а сам домой повернул. Стал царевич искать перстень, идет по берегу, и попадается ему навстречу старушка.
– Куда идешь, Иван-царевич?
– Отвяжись, не докучай, старая ведьма! И без тебя досадно.
– Ну, оставайся…
И пошла старушка в сторону, а Иван-царевич пораздумался: «За что обругал я старуху? Дай ворочу ее; старые люди хитры и догадливы! Авось что и доброе скажет». И стал ворочать старушку:
– Воротись, бабушка, да прости мое слово глупое! Ведь я с досады вымолвил. Заставил меня отец перстень искать, хожу-высматриваю, а перстня нет как нет!
– Не за перстнем ты здесь. Отдал тебя отец морскому царю: выйдет царь и возьмет тебя с собою в подводное царство.
Горько заплакал царевич.
– Не тужи, Иван-царевич, только слушайся меня, старуху! Спрячься вон за тот куст смородины и притаись тихонько. Прилетят сюда двенадцать голубиц – все красных девиц, а вслед за ними и тринадцатая. Станут в озере купаться, а ты тем временем унеси у последней сорочку и до тех пор не отдавай, пока не подарит она тебе своего колечка. Если не сумеешь этак сделать, погиб ты навеки. У морского царя кругом всего дворца стоит частокол высокий, на целые на десять верст, и на каждой спице по голове воткнуто, только одна порожняя, не угоди на нее попасть!
Иван-царевич поблагодарил старушку, спрятался за смородиновый куст и ждет поры-времени.
Вдруг прилетают двенадцать голубиц. Ударились о сыру землю и обернулись красными девицами, все до единой красы несказанной: ни вздумать, ни взгадать, ни пером написать!
Поскидали платья и пустились в озеро. Играют, плещутся, смеются, песни поют. Вслед за ними прилетела и тринадцатая голубица. Ударилась о сыру землю, обернулась красной девицей, сбросила с белого тела сорочку и пошла купаться. И была она всех пригожее, всех красивее!
Долго Иван-царевич не мог отвести очей своих, долго на нее заглядывался, да припомнил, что говорила ему старуха, подкрался и унес сорочку.
Вышла из воды красная девица, хватилась – нет сорочки, унес кто-то. Бросились все искать, искали, искали – не видать нигде.
– Не ищите, милые сестрицы, улетайте домой! Я сама виновата – недосмотрела, сама и отвечать буду. Сестрицы – красные девицы ударились о сыру землю, сделались голубицами, взмахнули крыльями и полетели прочь. Осталась одна девица, осмотрелась кругом и промолвила: