Просветительские идеи и революционный процесс в Северной Америке

И вот роль Законодателей должны были сыграть делегаты Конституционного конвента в Филадельфии. Джефферсон подчеркивал: «Пример исправления Конституции с помощью собрания мудрых мужей государства, а не собирания армий будет столь же много значить для всего мира, как прежние примеры, которые мы ему уже представляли»[746].

Как и конституции штатов, федеральная Конституция осмысливалась в терминах общественного договора. К соответствующим концепциям прибегали как федералисты, так и антифедералисты. Памфлет, подписанный «Бостонцами», четко выражал распространенное убеждение: «Эта система правления, когда она будет согласована, должна быть провозглашена общественным договором народа — и т. д. и должна быть неизменной во всех отношениях, кроме как собранием того же рода, как то, которое первоначально ее сформировало, назначенным для этой цели»[747].

Антифедералисты не оспаривали само понимание Конституции как общественного договора, но их беспокоили неопределенные, как им казалось, условия, на которых создавалось новое государство. Виргинец Р. Г. Ли рассуждал: «Если конституция или общественный договор расплывчаты и не контролируются, то мы всецело полагаемся на благоразумие, мудрость и умеренность тех, кто управляет делами правительства, или на то, что, вероятно, столь же неопределенно и ненадежно, на то, что народ, которому противостоит злоупотребление властью, сможет вырвать ее из рук тех, кто ею злоупотребляет, и передать в руки тех, кто будет ею хорошо пользоваться»[748]. Его нью-йоркский единомышленник под псевдонимом «Брут» конкретизировал претензии антифедералистов: «Принципы, на которых основывается общественный договор, должны были быть четко и ясно сформулированы, и должна была быть написана самая ясная и полная декларация прав»[749]. Следовательно, «нечеткость» общественного договора, беспокоившая противников Конституции, заключалась в отсутствии Билля о правах — эта тема еще будет рассмотрена ниже.

Субъект общественного договора определен в преамбуле к Конституции: «Мы, народ Соединенных Штатов»[750]. Т. е., по мнению «отцов-основателей» (конкретным автором формулировки был Гувернер Моррис), заключался договор между гражданами об образовании государства — pactum associationis. С точки зрения Р. Г. Ли, ситуация выглядела иначе: «В 1788 году народ Соединенных Штатов принимает федеральную конституцию, которая является основополагающим договором между ним и его федеральными правителями»[751], т. е. pactum subjectionis. Ли не ставил перед собой вопрос, который не разрешили и европейские теоретики: как возможно заключение договора с правительством, которое еще не создано?