О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью

Некоторое время он жил в бараке на Варшавской в “клубе унылых мужиков”, как называли свое общежитие работяги с предприятия, сотрудничающего со столичным заводом, а потом снял комнату напополам с товарищем. Два года терпел его пьянство и подружек, пока наконец не остался один, поскольку тому как заслуженному работнику дали однокомнатную квартиру. Тем временем Филипа, проявившего на службе добросовестность и сметливость, свойственную всем детдомовским, перевели в отдел снабжения, и в возрасте двадцати семи лет он получил должность снабженца.

За чем последовало улучшение финансового и социального положения. Годом позже Филип получил квартиру (благодаря жилищной сберкнижке, с [28]которой покинул детский дом) и обставил ее. Еще живя в съемной комнате, он начал понемногу собирать мебель, так что, когда пришло время переезжать, ее хватило на комнату и кухню, а также подвал, поскольку, думая о будущей семье, он приобретал мебель с расчетом на жилплощадь побольше.

Через две недели после переезда Филип женился. Это было не просто. Ирена Козловская-Мош стала третьей девушкой в его жизни. Он встречался и спал с ней уже два года, но жениться оказалось сложно, поскольку он не служил в армии. В ее среде мужчина, не служивший в армии, не считался настоящим мужчиной, и хотя Ирена точно знала, что Филип мужчина, она не горела желанием доказывать это родителям.

Филип не служил из-за плоскостопия. Заболевание несерьезное, но когда он перенес воспаление легких, пришлось проходить дополнительную медкомиссию. У дополнительной медкомиссии был новый председатель. Предыдущему пришлось уволиться из-за смерти новобранца, у которого после курса молодого бойца открылся туберкулез. Как только новый председатель увидел плоскостопие и справку о перенесенной пневмонии, он немедленно влепил Филипу категорию “Д”. Филип пытался возражать, поскольку хотел в армию, но председатель, подшучивая над его фамилией, сказал: “Ты, Мош, хошь не хошь, – вот тебе “Д” и свободен”.

Члены комиссии рассмеялись, Филип забрал военный билет и вернулся в “венеричку”. Возможно, именно из-за этой истории Ирена не меняла после свадьбы фамилию, на всякий случай оставив себе путь к отступлению. Ее семья возражала против их брака не только потому, что Филип не понюхал пороху, но и потому, что отец невесты был не в восторге от того, как будущего зятя зовут. “Что за имя такое?” – все возмущался он, и не помогали никакие объяснения, что имя самое обычное, а Филипом назвали в честь отца. Тесть только негодовал сильней: “И отца Филипом звали? Матерь божья…”