О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью
- Автор: Кеслёвский Кшиштоф, Дорман Олег Вениаминович
- Язык: русский
- Год: Corpus
- ISBN: 978-5-17-115892-7
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «О себе. Автобиография, сценарии, статьи, интервью». Краткое содержание книги:
В формате PDF A4 сохранен издательский макет книги.
Время, о котором я говорил, откроет новые возможности для документального кино – для того, чтобы воспользоваться драматургией, заключенной в действительности. И хотя оснащением профессионал не будет отличаться от любителя – подобно тому, как сегодня каждый может купить себе перьевую ручку той же марки, которой пользуется Хаксли, – фильмы останутся делом художников.
Автор по-прежнему будет центральной фигурой в создании фильма. Человеком, открывающим мир для себя и для нас. “Начиная делать фильм, мы знаем только тему. Фильм помогает нам проникнуть вглубь, постичь суть, увидеть внутренние связи” (Ричард Ликок). “Быть в нужном месте в нужное время, понимать, чтo2 должно произойти, чтo2 нужно снять в момент, когда событие произойдет, быть восприимчивым и гибким, чтобы ничего не упустить… Индивидуальность режиссера гораздо сильнее проявляется в выборе факта и способе его отражения, чем в воздействии на него. Субъективность не в том, чтобы управлять сценой, а в том, как воспроизвести ее” (Роберт Дрю). “Самое важное – вызвать чувство соучастия в происходящем” (Ричард Ликок). Я так много ссылаюсь на мнения Ликока и Дрю, потому что они выразили именно то, что я хочу сказать. Их мысли основаны на опыте, и отклик разных (очень разных) людей на их фильмы подтверждает мои собственные впечатления.
Нужно исключить этап поиска внешних поводов для работы над фильмом, без которого прежде не начинались съемки. Нужно обратиться к тому, что испокон века представляет собой предмет искусства, – к жизни человека. Сама жизнь должна стать поводом и одновременно содержанием фильма. Жизнь как она выглядит, как течет, как пролетает. Жизнь со всем, что в ней есть.
Я имею в виду фильм без художественных условностей: вместо рассказа о действительности – рассказ посредством действительности. Вместо авторского комментария – доверительное взаимодействие между режиссером и зрителем.
На практике это означает, что тема определяет все: время начала съемок, место съемок, длину фильма. Никакого сценария, никакой бумажной работы. Съемочная группа занята исключительно запечатлением действительности. Распоряжается материалом автор – человек, знающий последовательность событий. Задача монтажа – не поиск эффектных стыков; монтаж, как и процесс съемки, призван, с одной стороны, верно передать атмосферу и ход действия, с другой – в нужной степени усилить концентрацию времени и пространства. Монтаж полностью обусловлен ритмом и развитием событий, его задача не конструировать, а разве что упорядочивать.
Теория драматургии действительности приводит к очевидным выводам на практике – легко себе представить, каким получится фильм при ее последовательном претворении в жизнь. Это будет психологическая картина о человеке, действие которой развивается как в игровом кино, но снятая исключительно документально. Она бросит вызов вестерну, мелодраме, детективу, психологическому игровому кино. В области киноискусства она не заменит Уэллса и Феллини, зато заменит многих сегодняшних реалистов. Потому что действительность – и мы часто это замечаем – сама по себе в большой степени мелодраматична и драматична, трагична и комична. Она полна случайностей и закономерностей, психологических конфликтов и сюжетов, вызывающих размышления, которые ведут далеко за пределы запечатленного изображения и записанного звука.
“В бесконечных поисках сути, смысла и истины нас ждут бесчисленные разочарования, но мы не должны оставлять усилий – не только ради цели, но и ради самого пути к ней” (Эвальд Шорм).
КШИШТОФ КЕСЬЛЁВСКИЙ
Кинолюбитель
Соавтор диалогов Ежи Штур
Перевод Мадины Алексеевой
Филип Мош родился тридцать лет назад и рос без родителей. Мать, которая умерла, когда Филипу исполнилось три года, утверждала, что отцом ребенка был ее муж, тоже Филип Мош. Это было невозможно, поскольку Филип Мош-старший погиб в Освенциме в 1943 году. Тем не менее в документах Филипа отцом значился он.
До шестнадцати лет Филип воспитывался в детском доме и покинул это славное, не поощрявшее сомнений учреждение с пониманием, что его отец никак не мог быть его отцом. Каких-либо комплексов в связи с этим он не испытывал, потому что годы, проведенные в детском доме, научили его трезво смотреть на жизнь, хотя порой мысль об отце, который, возможно, был еще жив, пробуждала сентиментальную сторону его натуры.
Как многие хорошие детдомовские мальчики, не поддавшиеся философии силы, популярной в этой среде, Филип мечтал о доме и семье. Еще в “сортире”, как они между собой называли свой приют, он окончил профтехучилище по специальности строитель. Затем, работая и живя в “венеричке”, как называли рабочие свое общежитие, окончил механический техникум и получил диплом о полном среднем образовании. Заодно сдал на права, чем на протяжении нескольких лет пытался произвести впечатление на девушек при знакомстве. К девушкам он относился серьезно – как к будущим женам.