Статут Великого княжества Литовского 1588 года
- Автор: Сапега Леў
- Язык: белорусский
- Жанр: Европейская старинная литература
Электронная книга - «Статут Великого княжества Литовского 1588 года». Краткое содержание книги:
Уставуем: хто бы без воли отца, матки и стрыев або иншых близских, будь теж опекунов, на яком колвек местцу взял кого с тых персон, вышей мененых, кгвалтом, менуючы, ижбы ему в малженство пошлюбила, а то бы пришло перед нас, господаря, або перед который вряд наш, тогды таковая персона маеть первей взята быти до секвестру того вряду, перед который се то приточыт, и маеть быти дана до росправы на хованье на таковое местцо, где бы водлуг стану своего при белых головах учтиве хована была. И кгды се то покажеть с права, же яко приятелей кревных або опекунов, так теж и ее самое на то позволенья не было, тогды тот, хто се того важыл, маеть горлом каран быти. А за навезку третяя часть всего именья его маеть спасти на тую персону, кгвалтом взятую, а шкоды, которые се будуть при том кгвалте стали, за доводом на двух частях того ж именья его маеть быти сказано, а хто бы именя лежачого не мел, ино на маетности его рухомой. Нижли естли бы девка, укрившы то перед родичами або приятелы своими, на тое малженьство и на взятье позволила и на праве то сознала, тогды таковая девка отпадываеть от выправы и от всих именей своих отчызных и материстых, яко о том вышей написано в розделе пятом. А тот, хто с позволеньем самое девки в малженьство ее взял, вжо горла не тратить. Вед же, естли бы такая девка, отходечи так своволне от родичов або близских, будь теж опекунов своих, што маетности их забрала, тогды о такую шкоду укривжоному волно будеть с тым, хто тую девку и з нею тую маетность взял, там же заразом у права мовити.
Артыкул 14
О забитье за повабеньем або вызваньем на руку.
Иж теж шкодливый всчалсе был межы поддаными нашыми, звлаща стану рыцерского, которые за леда причиною, терпливости пристойное в собе не заховываючи и правом посполитым не обходячисе и овшем им яко бы взгаржаючы, своволне и быстре один на другого торгнувшисе, а затым на руку повабивши и обовезавшы словы такими, которые се почстивости и доброе славы дотычуть, потом спольне бючыся и раны собе задаючы, о раны шкодливые и зайстя межы собою приходять, а некоторые броней шкодливых яко бы противко постороньнему непрыятелю и дивных поступков до того уживаючы, насмерть один другого забияють и сполне се мордують не иначей, яко бы звирхности и справедливости над собою не мели. И хотя ж подчас то собе обваровывають, естли бы один другого ранил або забил, же того на собе сами и потомкове их позыскивати не мають, однак же то в речы посполитой жадного помноженья и пожытку не чинить и овшем, кгды се кров людская, часом и невинная выливаеть, пан бог тым бываеть обрушон, также и покой посполитый ображон. А прото мы тому яко шкодливому звычаеви в панстве нашом, великом князстве литовском, не хотели допустити большей шыритися, а покой посполитый добре обваровываючы, за радою и позволеньем панов рад нашых и всих станов, до того статуту належачых, уставуем, абы вже от сего часу своволне, без призволенья нашого, господарского, которое толко за великими а знаменитыми причынами походити маеть, и на особливом уваженью и узнанью нашом, господарском, с паны радами нашыми, а у войске — за позволеньем и узнаньем пана гетмана того панства, великого князства, належати будет, на руку повабяти и вызывати нихто никого не смел и словы, которые бы се дотыкали почстивости и доброе славы шляхетское, в том его не обовезывал, и один другому ран не задавал, и нихто никого не забиял, але о всякие кривды свои, бы теж и о набольшые и наголовнейшые, правом посполитым водле сего статуту каждый один з другим се роспирал. А естли бы хто над сее право и уставу нашу, вызвавшы кого на руку, раны якие ему задал, або хотя бы и тот повабленый оного, хто его вызывал, зранил, тогды за раны не маеть быти чынена нагорода, кгды ж не мел на таковое своволное и непристойное повабленье мимо заказ права посполитого призваляти, одно тот, хто другого зранившы, сам нераненый зостанеть, маеть у везеню на замку нашом столечном виленьском вышнем полгода седети, кгды то на него за позвом у суду земского ранный доведеть.
А естли бы се обадва зранили, тогды вжо собе ран один другому платити и нагорожати не мають. А тым же обычаем мает быти разумено, естли бы, на руку вызвавшися, насмерть один другого забил, тогды тот, хто жив зостанеть, будь вызваный або хто вызвал, сам за оного забитого с права от вряду кгродского того повету, в котором оселость свою маеть, не инак, одно на горле маеть быти каран насмерть и кров его своею кровью заплатити маеть за жалобою и попираньем права от детей або близких того забитого. Лечь головщина вжо по таковом скаранью плачона быти не маеть, кгды ж о том ведал и сам на то зезволял. А если бы заразом по таком забитью тот мужебойца пойман не был або, позваный будучи, ку праву не стал, тогды против нему далей такий поступок правный маеть быти чинен, яко вышей о мужобойцах ест описано. А для того ж одному с тых, который бы спокойным будучи, на такое непристойное вызыванье не позвалял, такую оборону и обварунок постановляем: бы теж и наболей тот противник его слов яких, доткливых славе и учстивости его, домовляючи и дотыкаючи, на руку его повабял, а он кгды не пойдеть, а покой посполитый заховываючи, з сее уставы и права не выступит, тогды вси тые таковые слова ничого ему и доброму мниманью его шкодити не могуть. але и овшем тому противнику его самому яко выступнику мають шкодити, и можеть таковый спокойный, утекшися до нас, господаря, або до вряду нашого належного, заразом такого противника своего до права о небеспечность здоровья своего и о вину за слова доткливые водлуг артыкулу двадцать семого розделу третего позвати и там далей противко нему поступовати, яко о отповедниках ест описано.
Артыкул 15
Где бы хто бременную невесту шляхтянку збил або конем потрутил и забил.
Уставуем: естли бы хто, не будучы примушоный жадною пригодою, то ест сорваньем узды, унесеньем твардоустого коня и иншою якою пригодною причыною, одно з зуфалства, або опильства своего, або умыслне то учынил, невесту бременную, шляхтянку, будь теж и иншого стану, бегаючы на кони, потрутил або ее чым колвек збил и образил так, ижбы плод мертвый поронила, а сама жыва зостала, тогды за доводом слушным маеть ее водлуг стану навезати и за тую вину у везенью в замку або у дворе нашом того повету чверть году седети. А з стороны того збытку его в ображенью плоду пороненого маеть такий з жалем явным, упокораючыся перед паном богом, на собе отнести через год один чотыри кроть на свята урочыстые, то ест раз на день нароженья пана христусового, другий раз на день громниц, третий кроть на день з мартвых встанья пана христусового, а четвертый кроть в день свята сосланья духа светого, у дверей костелных вевнутр на местцу поднеслом, на то наготованом, на локоть от земли стояти и грех свой перед людми входячыми и выходячыми с костела явне вызнавати, а потом того обецовати с пилностью стеречыся и не допущати. Леч естли бы обое, то ест и плод и матка, с причыны его змерли, тогды он теж сам за то на горле маеть быти каран за слушным доводом, яко около забойств стану шляхетского и теж простых людей на своих местцах доводы суть описаны. А головщизна предсе з ыменья и з маетности его близским ее толко за самую матку маеть быти плачона водле стану ее. Пакли ж бы тое потрученье и ображенье невесты беременное сталосе неумыслне, пригодне, о том маеть быти сужоно, яко о инших мужобойствах неумысльных.
Артыкул 16
О том, хто бы ножом або яким иным до бою незвыклым начиньем кого забил або ранил.
Кгды бы хто кого умысльне з гневу а запаметалости серца злого ножом, пуйналом, кгинчалом забил, таковый, естли будет шляхтичь, а то теж шляхтичу учинить, за доводом слушным четвертован быти маеть. А естли простого стану чоловек шляхтичу учинить, тот будеть каран четвертованьем. А где бы шляхтичь простого чоловека тым способом забил, тот руку тратить, окром пойманья на горячом учынку, о чом есть в сем статуте описано. А головщизна по каждом таком з маетности плачона быти маеть. А естли хто не забет, толко ранить, тот, будет ли шляхтич, за шляхтичово ображенье утятьем руки, а за чоловека простого заплатою пенежною так, яко за головщизну каран будет. Естли ж пак то чоловек простого стану учынить, тот за ображенье шляхтичово — горло, а за простого чоловека — руку тратить.