Время перемен [СИ]

– О чем разговоры вели, если не секрет?

– Так уж какой тут секрет? – хмыкнул Витька. – Об армии мы разговоры вели, о ее будущем. Ты разве за дискуссией о реформе армии не следишь? И в «Правде» регулярно печатают материалы, и в «Известиях».

– Товарищ комиссар, а когда мне за ней следить? – удивился я. – Я ведь и газеты-то наши читаю крайне редко.

Вот теперь на меня вытаращились оба. И, как мне показалось, в один голос спросили:

– Как так?

– А так вот, – ушел я от ответа.

Виктор сообразил, почему его друг не читает советские газеты, а Приходько насупился:

– «Известия»-то еще ладно, а «Правду»? «Правду» каждый член РКП (б) должен читать.

Кажется, электрослесарь из Шепетовки (почему название города кажется знакомым, хотя я там ни разу не был?) не мог уразуметь, что делегаты съезда РКП (б) не читают партийную прессу. Не скажешь ему, что во Франции с советскими газетами дела обстоят хуже, нежели в Советской России с французскими. Хотя, по приезду в Москву мог бы прочитать подшивку в нашей библиотеке, но не собрался. Поэтому, ответил так:

– Товарищи, была бы возможность, читал бы газеты внимательно и регулярно, даже бы выписки делал. Но коли такой возможности нет, так и суда нет. А почему не читал, вы меня не спрашивайте, все равно не отвечу. Лучше просветите, что новенького происходит?

– А, так вы во вражеском тылу были? – догадался Приходько, и поинтересовался. – Новости в мировом масштабе, или общероссийском?

– В общероссийском, – попросил я и уточнил. – Россия центр мира, так что все, что у нас происходит, оно на всем мире отражается. О чем пишет газета «Правда»? Какие новости с фронтов гражданской войны?

– Фрунзе вчера Выборг взял, ведет наступление по всем направлениям. Финны уже из Гельсингфорса драпают, и столицу в Або перенесли, просят о мире.

– Просят о мире – это хорошо, – одобрил я. Решив, что новости о наступлении лучше прочесть самому, спросил: – А что вы там о реформе армии говорили? В чем суть дискуссии?

Товарищи политработники (не сомневаюсь, что и Приходько был комиссаром) переглянулись, а Спешилов принялся объяснять:

– Ты понимаешь, что гражданская война заканчивается и огромная армия Советской России будет не нужна?

– Понимаю, – покладисто кивнул я.

– Но даже если наступит мир, то нам все равно придется содержать армию, верно? Советская власть должна уметь себя защищать, а капиталистическое окружение не успокоится, и будет постоянно пробовать нас на крепость. Так?

– Ага.

– А раз так, то мы должны суметь противостоять вражеской угрозе, верно?

Не выдержав подобного «разъяснения», я спросил:

– Товарищ комиссар, а ты сейчас с кем разговариваешь?

– А что такое? – не понял Спешилов.

– Виктор, ты мне сейчас прописные истины разъясняешь, словно перед тобой новобранец из деревни, а не член коллегии ВЧК.

– Володь, извини, привычка, – смутился комиссар дивизии. – Мне иной раз не только рядовым бойцам, но и крупным политработникам приходится объяснять, для чего нужна армия.