Время перемен [СИ]

– Думаю, а не далековато ли нас поставили для резерва? – хмыкнул Спешилов. – Я в Петрограде всего один раз в жизни был, а где Кронштадт, даже не представляю. Но как я понял, остальных куда-то поближе к крепости направили. Пятьдесят верст, да еще по льду, мы одним махом не пройдем, а уж тем более, если прямо в бой вступать, так смысла нет.

Я в Петроград (а еще Ленинград и Петербург) наезжал почаще, учился тут полгода, а в Кронштадт добирался на общественном транспорте, но уверенно заявил:

– Штурмовать станут со стороны Ораниенбаума и Петергофа. От тех городков до крепости верст десять, не больше. Поэтому, основные силы туда и направили. Еще от Сестрорецка пойдут, там тоже за один переход можно управиться. А нас, если что, на автомобили посадят, или на автобусы, за пару часов доедем.

Комиссар кивнул, но было заметно, что что-то его смущало. Не знаю, что именно, но Виктор в военных делах гораздо опытнее меня.

– Переживаешь, что в добровольцы пошли, а нам и повоевать не дадут? – спросил я. Оглянувшись через плечо – не слышит ли кто из бойцов, признался. – Вить, я тебе честно скажу, врать не стану – если повоевать не удастся, типа, что и без нас справятся, я не расстроюсь. Мы, хоть и добровольцы, но наше дело солдатское – куда поставили, там и стой.

– А я спорю? – хмыкнул Спешилов. – Я тоже так считаю. Пошлют в атаку, пойду, а сам впереди тачанки не побегу.

Ишь, какими выражениями пользуется комиссар. Раньше бы сказал – впереди паровоза, а теперь вишь, тачанки. Да, о тачанках…

– Вить, вот скажи-ка лучше… Вы пулеметные тачанки используете?

– Тачанки? – удивился Виктор. – Мы пулеметы на них перевозим, боеприпасы, иной раз раненых, а так, куда они еще годны?

– А если во время атаки рвануть вперед, выйти во фланг противника и пострелять?

– Пока выезжаешь, пока во фланг заходишь – и лошадей в повозке, и тебя вместе с ними раз двадцать убить успеет. И стрелять удобнее от земли, из окопов или укрытий, чем с телеги. Нет, можно конечно, если противник стоит на месте, и ждет, пока ты не выскочишь, не развернешься, да вдоль его строя не проедешь, а потом очередями палить начнешь. Но таких дураков я еще не видел, а жаль.

– А как же батька Махно? – не унимался я. – Слышал, что он у белых два полка из тачанок пострелял.

– Два полка? – протянул Виктор с недоверием. – Слышал, что было дело, один полк у Слащева перебил, так потому, что ночью навалились, и полка-то того на роту едва хватило. Но Слащев все с лихвой вернул. У махновцев пулеметы сзади стоят, чтобы удирать удобнее было и отход прикрывать. Но и то, не очень ненадежно. Телегу трясет, кони скачут, а на скаку ты хрен куда попадешь.

Ну вот, развеялся еще один миф о гражданской войне. Даже жалко стало.

Пока болтали, уже и дошли, а я даже толком не успел покрутить головой, осмотреть, насколько изменился тот Петербург, который я люблю и помню, по сравнению с этим Петроградом.