Право рождения (СИ)
- Автор: Gusarova, Оплачко Светлана Sиничка
- Язык: русский
- Жанр: Магический реализм
Электронная книга - «Право рождения (СИ)». Краткое содержание книги:
— А мы будто не слушаемся, барин-с! — влез в разговор Ермолай. — Кто ж ему на чужбине попить-поесть подносит, ножки обтирает, обстирывает, обглаживает, постельку готовит, косу точит-с? А, баринушка кровный? Прав я?
— Прав, прав, дружочек мой, — успокоил синего няньку Тим. — Без вас никак, мы команда что надо.
— Вот то-то же! — выставил Ерёма когтистый палец.
— Он у тебя намедни просил бургер с колой, а ты что припёр? — напомнил Айвазов, просверлив духа пытливыми глазами.
— Чаю с малинкой и оладушков! — без зазрения совести горлопанил Ермолай. — В них пользы куда больше, чем в этом... Стрихнин туда кладут-с!
— Тебе какое дело до стрихнина, вдруг он его любит? — не успокаивался Илья. — Вот видишь, они тебя не слушаются.
— Да они никого! — выпалил Борзой, краснея от выволочки. — Такие они у меня строптивцы.
— Э, нет. — Илья приблизился к нему бок о бок. — Мне они на шею не уселись, когда я их у тебя одолжил, помнишь? За день-два шёлковыми стали, а потом ты их опять разнуздал!
Тимофей Берзарин надул щёки. В том, что говорил Илья, было много неприятной правды. Он и впрямь после кражи вернул Зефа и Ерёму выдрессированными так, что те слова лишнего пикнуть не смели и в два счёта исполняли всё, что им прикажут. Потом Борзой снова свёл свои отношения с бестелесными слугами к панибратству. И периодически страдал от этого.
— Разнуздал, что с того? — пробухтел он на предъявление Ильи.
— Будь твёрже. Учись, пока я жив! Ты чернобог, тебе никто не имеет права перечить! Дай-ка я... — Айвазов ловко перескочил со своего келе на Зефа, и Тим бёдрами почувствовал, как чёрный подобрался. — Запрыгни на моего.
Борзой перелез на холку мощного дикого духа, и тот затряс шкурой в намерении сбросить седока.
— Ты гляди! И этот туда же! — уцепился за бурую шерсть Тим.
— Чует твою слабину, — указал Илья, устраиваясь на вмиг посмурневшем Цеффири. Видать, чёрный дахриец смекнул, малина закончилась. — А ты не позволяй так. Вот, смотри. Зеф, вперёд!
Илья дослал вороного пятками, но тот, решив повыпендриваться, крутанул вбок и чуть не ушёл под пилонный мост с подвесным рестораном под самой аркой.
— Я тебе! — огрызнулся Илья, схватив Зефа за холку и потянув на себя. — Вперёд, быстро! — Тот тоже зафыркал, строптиво завибрировал горлом, но полетел быстрее. Илья выслал ещё раз и добавил Зефу колотушкой от тюнгура по пластинам пониже спины. — Не сбавляй!
Тим исполнился решимости и дослал келе, на котором летел.
— Давай вперёд.
Дикий дух безропотно устремился за брыкающимся под Ильёй Зеффи. Айвазов безупречно умел держаться в седле — прямо, как стрела, держа баланс, гася попытки чёрного освободиться. На каждый пинок Зефа он отвечал колотушкой и даже не отлипал от его спины — вдавил в бока колени и уцепился, как репей. Зеф недолго сопротивлялся. Смекнул, что его выступление провально, и дал себя разогнать до нужной скорости. Тим постарался не отстать, подгоняя мохнатого под ним. Пристроился чуть позади Ильи и одобрительно гикнул:
— Ну, князь, ты и дюж!
Айвазов ответил лёгким поклоном и поправил шапку на голове.
— Мягкий ты человек, это я тебе ещё на стойбище говорил.
— Был бы мягкий, не летел бы сейчас с косой наперевес мочить иродов!
— А это вообще за гранью моего понимания, как можно быть таким разным в работе и в жизни, — ворчал Илья. — Но ничего, над уверенностью в себе тоже приходится потрудиться, и она растёт с опытом.
— Ха, и ты со мной им поделишься? — очарованно пристал Тим.
— Всесторонне, — уверил его Айвазов.
Перебираясь обратно на Зеффи, Тим в очередной раз подумал о том, как здорово было решиться взять Илью с собой в качестве соратника, наставника и, что уж там, близкого друга. Встретить однобожника — великая удача, оставить жить — вдвойне, сделать союзником — бесценно. Близость его грела сердце и наполняла успокоением. Да, у них и всё прочее легко получится, как у Айвазова получается приструнить духов.
Впервые за долгие годы Тим снова обрёл того учителя, в котором, как он понял сейчас, остро нуждался. До Ильи им был лицемерный и преступный Эдик. Тряхнув шлемом, Тим поклялся себе, что никогда больше не повторит старых ошибок. Да и Илья был другим. Честным, искренним, чутким. Настоящим сильным воином, преданным другом. Великим шаманом.
Айвазов вытащил из нагрудного кармана скафа свою фляжку, глотнул из неё и протянул Тиму:
— За предстоящие свершения, граф!
— За нашу грядущую победу, княже, — вторил тот и насладился отменным коньяком.
...Илья промочил горло из фляжки, крякнул и передал выпивку Тимуру. Полез в карман за вздрогнувшим телефоном и прочитал комментарий к их с Борзым фото в скафах:
Yaga Karga: красивые. Скатертью дорога!
Илья заулыбался тёткиному стёбу и написал ей в личку:
«Видела, у меня теперь есть собственный кам-кеби!»
Yaga Karga: ой, ну герой! Признавайся, что от него оторвал и выбросил?
Snow Crow: да так, пряжку. А что?
Yaga Karga: ящерицы прячутся в норах, вот что. А айны лезут из теней. Также мне было видение белого зимородка с чёрными крыльями, он нырял в тёмные омуты. Помни, Ыляку. Тебе это поможет.
Илья будто получил пригоршню снега за ворот. Зимородок... Алконост? Но при чем тут ящерицы? Вот и началась поездочка!
Snow Crow: спасибо тебе. Запомню.
====== 61. Смерть, несущая жизнь ======
2046 год, 1 ноября, Мезоарвиника, Мохика.
— Всё нормально, тёть Саш, долетели, снижаемся.
Тимофей Берзарин отчитался и отрубил связь. Илья уже скрутил штопор, прорезая низлежащую тьму своим десятижильным келе, и ныне смутно маячил на её фоне белёсым призраком. Тим поспешил пришпорить Зеффи и помчал вдогонку. Побережье океана воспринималось бездушной, поглощающей любой отсвет массой, тогда, как чужой берег рассыпался приветливыми огнями поселений. Тонкая полоса рассвета обрамляла холмистый горизонт, даря надежду и возвещая наступление первого дня на задании.
«У местных сегодня и завтра выходные, — припомнил Борзой всё, что знал о Мохике. — Будет слишком людно для начала поисков. Что ж, отдохнём и освоимся в столице, отоспимся, а потом — за дело».
Илья выровнял духа, просвистел сквозь пальмовую рощу, кося разлапистые верхушки и придерживая на голове шапку. Тим пригнулся, когда мощные зубчатые черенки листьев застегали его по шлему.
— Набери немного высоты! До Теночтитлана{?}[атцекское название города Мехико.] ещё километров семьсот!
— Погоди ты! Дай мне налюбоваться!
Чем там собрался любоваться этот блаженный в полумраке джунглей, Борзой не ведал, но полетел следом, всякую секунду уклоняясь от возникающих перед носом веток.
— Ягуар! Клянусь, там был ягуар, граф!
— Оставь кошку в покое, она шла по делам! — Борзой сомневался, что однобожник видел непременно ягуара, а не бродячую собаку, но к чему разубеждать хорошего человека?
Тим уже однажды работал в Мохике, правда, на севере, у самой границы с Арвиникой. Ловил в кактусовой пустыне опальных распространителей культа мескалито{?}[по книгам Карлоса Кастанеды — дух галлюциногенного кактуса пейот, проводник и учитель тех, кто принимает его. ], сведших с ума добрую сотню дочерчивых дичков. На юге страны очутиться не доводилось. И ажиотаж Ильи был понятен. Когда вдругорядь потаскаешь свои кости по соседней половине мира?
— Ты смотри! Водопад! — орал впереди через шум сбегающей по скалам воды Айвазов. — Какой красивый водопад!
Он наскочил на Борзого, чуть не вынудив полоснуть по нему косой, и Тим с трудом сдержался от ругани.
— Прыгнем? — Илья, горя воистину мальчишеским пылом, указывал на плотную завесу, растянувшуюся метров на двести к подножию. — Афоня-ойун! Давай купнёмся!
И хотелось приструнить его, и жалко было отказывать. Редко старший выглядел таким оживлённым и восторженным, и Тим дрогнул.