Личная корреспонденция из Санкт-Петербурга. 1857–1862
- Автор: фон Шлёцер Курд
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: АЛЕТЕЙЯ
- ISBN: 978-5-907189-54-6
- Переводчик: Василий Сергеевич Дударев
- Жанр: Биографии и мемуары
Электронная книга - «Личная корреспонденция из Санкт-Петербурга. 1857–1862». Краткое содержание книги:
Указ об освобождении привел в новое движение умы, пробудил желания, разочаровал надежды, дал провокаторам воспламеняющееся вещество. Простодушное варварство и запутанная неразбериха западных идей и проблем сгущаются в своеобразном, совершенно нелогичном мозгу русского человека в «божественной миссии славянского народа». И поскольку это кажется все странным, берем снова в руки славного Олеария[1060]: «если освободить крепостных холопов, они вскоре все равно заново продадут себя; так как поскольку они обычно не имеют ничего, с чего можно было бы жить, они не ценят никакую свободу, даже не могут смириться с ней. Их природа, как сказал умный Аристотель о варварах, состоит в том, что они не могут и им не следует жить лучше, чем под крепостным правом!» Холодная общественная цивилизация Северной Пальмиры — обширная страна, которая в сущности своей и стадии развития своего была уже во времена Олеариуса: какая же противоположность! И при этом всё требует прогресса, слово, которое приводит огромную инертную массу крестьян в движение, хотя люди при этом ни о чем и не думают. Слишком продвинувшиеся мечтатели естественно провозглашают: необходимо крестьян одеть в немецкие штаны — и тогда в России наступит Золотой век. Благодарю покорно! Гоголь наверняка знал свой народ: «медлительность и пустое действие лежит на молодой России. Нет волшебника, который показал бы дорогу вверх волшебной палочкой. Чего-то недостает в механизме, но я не знаю чего»[1061].
Поскольку такого человека нет, должны сработать волшебные слова: конституция и «мир»! Первое слово рождено на западе с его различными условиями жизни и его иным развитием; старорусский «мир» получает внезапно пропагандистское звучание. И если западноевропейская конституция не подходит все еще азиатской России, то общинная земля, это подавление любого прогресса, это содействие лени, еще менее — Западу. В любом случае из этого вырастит социалистический культ.
Кавур сказал одному российскому дипломату: «то же количество земли, которое вы даете каждому из своих крестьян, более опасно для нас, чем все ваши армии».
Если посмотреть на здешнюю бессмысленную суету, мне приходят на ум две басни замечательного Крылова[1062]: преступница, Щука, была приговорена высоким трибуналом — Козлом и Ослом — к смертной казни через повешенье. Но тут пришла Лиса, которой приписывали гастрономическую предрасположенность к Щуке: «Что, лишь повесить. Уж, нет, паршивку — утопить!» В итоге — Щуку бросили в воду[1063].
Вторая: в горах преследовал Лев Серну; в прыжке преодолела та ущелье. Лев мешкает. Совет Лисы: «Храбрец, ты можешь сей прыжок осилить! Такой совет могу тебе, мой друг, я выдать». Лев прыгнул — ну, и в пропасти разбился — Лиса к жаркому тотчас же спустилась[1064].
Среди обвинителей России, даже если они и тысячу раз правы, к сожалению, очень много Рейнеков[1065] — можно ли доверять русскому Вольтеру[1066], я и не знаю — честные <люди — В.Д.> не рассчитывают на безграничное поверхностное образование, которое здесь господствует. Что же за семена взойдут вскоре! Практические способности? Ни один крестьянский двор, не говоря уже о Российской империи, я бы не хотел передать этим революционерам без моральной устойчивости. В негативном плане каждый ищет возможность перещеголять другого! Для большинства подходит высказывание: глаза голодны, хоть и брюхо сыто.
О том, что истинная филантропия может и должна быть строгой, мы довольно много говорили с тобой, мой дорогой Шлёцер, в отношении воспитания детей, я — как пассивная сторона, ты, который намного старше, — как наиболее активная сторона, а потому я запутаюсь в области, которую ты гораздо лучше понимаешь, чем я.
Доброй ночи, мой дорогой Шлёцер!
Император был встречен аристократией в Москве слишком прохладно; почти никого из дворянства там не было; немногие из них, кто остался, извинялись перед императором за своих товарищей из-за того, что крестьянский вопрос вынудил всех помещиков разъехаться по деревням. «Я бы хотел, чтобы они там навсегда и остались!» — яростно отвечал император. Из внутренних областей империи тревожные сообщения. Революционеров и бунтарей нет, но всеобщее нежелание крестьян работать.
Зеебах[1067], как известно, был здесь четыре недели назад, и притом по совершенно секретному поводу: поскольку его хотели сделать за 100000 франков директором железных дорог. Кажется, он столкнулся в Дрездене с трудностями. Парижская биржа считала его поездку в отношении здешнего железнодорожного дела такой важной, что акции прыгнули со 106 до 113, правда, слишком скоро снова упали. Сейчас общество хочет выкупить Московскую железную дорогу. Дело будет решено сразу по возвращении императора и имеет для пожилого Нессельроде такое значение, что он отказался от Киссингена, пьет Киссингенскую <воду — В.Д.> здесь и отправится 29/17 июня через Любек в Эмс. Барон преисполнен восторга от такого акта патриотической самоотверженности старого канцлера.
1060
Адам (Ольшлегель) Олеарий (Adam Olearius).
1061
Дословно приведенная Шлёцером цитата в поэме Н.В. Гоголя «Мертвые души» не встречается, однако можно предположить, что Шлёцер привел наиболее запомнившиеся фразы из поэмы: «Андрей Иванович Тентетников принадлежал к семейству тек людей, которых на Руси много, которым имена — увальни, лежебоки, байбаки и тому подобные <...> Где же тот, кто бы на родном языке русской души нашей умел бы нам сказать это всемогущее слово вперед? кто, зная все силы, и свойства, и всю глубину нашей природы, одним чародейным мановеньем мог бы устремить на высокую жизнь русского человека? Какими словами, какой любовью заплатил бы ему благодарный русский человек. Но веки проходят за веками; полмиллиона сидней, увальней и байбаков дремлют непробудно, и редко рождается на Руси муж, умеющий произносить его, это всемогущее слово» («Мертвые души». Том II. Глава 1// Гоголь Н.В. Сочинения. М., 2000. С. 724, 732–733).
1062
Иван Андреевич Крылов.
1063
Басня «Щука». (первая публикация: «Литературная газета». 27 марта 1830. Т. 1. С. 143).
1064
Басня «Лев, Серна и Лиса». (первая публикация: «Басни Ивана Крылова в восьми книгах». Т. 8. СПб., 1830. С. 369–371).
1065
Возможно, Шлёцер имеет в виду выходцев из старинного саксонского дворянского рода Рейнеке (Reinecke).
1066
Шлёцер имеет в виду А.И. Герцена.
1067
Альбин Лео фон Зеебах.