Настоящая история Смуты. Русская столетняя война середины XVI - середины XVII веков
- Автор: Левчик Дмитрий Александрович
- Год: 2022
- Язык: русский
- Год: Директ-Медиа
- ISBN: 978-5-4499-2760-6
- Жанр: История
Электронная книга - «Настоящая история Смуты. Русская столетняя война середины XVI - середины XVII веков». Краткое содержание книги:
Книга построена на анализе широкого круга исторических источников и литературы. В качестве своеобразного иллюстративного материала в нее включены отрывки из авторской повести «Проклятие. Сказ о русском пире и русском бунте» и рассказа «Русская реформация. Стоглав».
И тогда Кузьма Минин пишет свое обращение к новгородцам, где называет Дмитрия Ивановича «вором», а князь Дмитрий Пожарский поворачивает ополченцев на Москву. И только после этого шведы бьют незадачливого «Лжедмитрия» III, предварительно по-доброму предлагая ему стать шведским новгородским наместником, ибо эту должность клан Шуйских традиционно занимал с 1478 года! Тот отказывается, будучи уверенным, что к нему с минуты на минуту подойдут нижегородские ополченцы. Но «подмога не пришла». Дмитрий III исчезает, точнее отозван в Речь Посполитую.
«Второе ополчение» к тому времени уже действует фактически как шведская наемная армия.
В начале августа эта армия нападает на Москву. Понимая, что шведские наемники Минина и Пожарского готовы снести головы не только полякам, но и всем, кто против шведского королевича, и не имея ни количественного, ни качественного перевеса, армия царя Ивана Дмитриевича и царицы Марины Мнишек отступает к Коломне, а затем — в направлении Поволжья.
Несмотря на то, что еще в марте писаря Александра Гонсевского на посту руководителя гарнизона меняют на опытного полковника Николая Струся, поляки в Москве не понимали, что делать. Более опытные полководцы, такие как гетман Ян Ходкевич, считали, что оборонять Москву — значит быть в западне, ибо по меркам начала XVII века Кремль был уже не самой сильной крепостью. Из Замоскворечья он весь простреливался, а Замоскворечье оборонять было сложно. Китай-город окружала низкая стена, которая серьезным препятствием быть не могла. В случае занятия Китай-города для нападавших открывалась возможность установки осадных орудий напротив и фроловских, и никольских, и константино-еленинских ворот, после чего участь гарнизона Кремля была бы решена.
А самое главное — из 12 тысяч поляков у Ходкевича — 10 тысяч кавалеристов, которые в осадном бою плохи, но являются грозной силой в открытом поле. Однако видимо, победила политическая точка зрения — оборонять Москву! Максимум, что мог сделать Ходкевич для спасения войск — вывести из столицы большую часть гарнизона, оставив там небольшой отряд в три тысячи человек и сменить командование.
Тактика Ходкевича себя не оправдывает: он недооценил шведскую помощь Пожарскому. Обладая преимуществом в артиллерии, Пожарский навязал полякам примерно тот же сценарий, что Воротынский татарам при Молодях — вынудил их в конном строю атаковать свой лагерь. В итоге, 22–25 августа 1612 года лучшая польская кавалерия Ходкевича полегла под шведскими мортирами Пожарского. Сам Ходкевич с остатками войска был вынужден отступить к Вязьме. Участь Москвы была решена. К осаде город и гарнизон готовы не были. Съестных припасов впрок никто не заготовил, а потому после двухмесячной осады в стане осажденных начался страшный голод. Русские ополченцы, шведы и немцы нанесли мощный удар по обессиленным полякам.
После многодневной бомбардировки Кремля и Китай-города отряды Пожарского и Трубецкого 22 октября пошли на штурм. Через неделю уличных боев, запертые в Кремле руководители гарнизона сдались на милость победителей. Лидеры «второго ополчения» приняли капитуляцию польского гарнизона и… перебили почти всех сдавшихся в плен, несмотря на клятвы и обязательства Пожарского. «Русские того же дня дали присягу, что сохранят нам жизнь и будут держать в чести. На следующий день, 7 ноября, русские вошли в крепость с великою радостию. Рыцарство отведено в таборы и роздано боярам, а имущество, какое у кого было, отняли и роздали русским казакам. Принимал его Кузьма. Немало товарищей наших перебили в таборах вопреки присяге казаки и сами бояре, у которых те находились; в таборах Трубецкого перебили почти всех, а пехота решительно вся была перебита. Того же года 9 ноября, разослали по крепостям. Людей Будилы всех перебили в Галиче, а из Талафусовых немногих спасли в Соли-Галицкой». Так написал в своем дневнике полковник Иосиф Будило, которого оставили в живых только потому, что Сигизмунду он служил всего два года, а до того — Дмитрию.
Но почему же в наших учебниках совсем по-иному описывается взятие Москвы? Ни слова про избиение пленных! Только о благородстве независимых ополченцев, стремившихся освободить священную столицу царства! Полагаю, так говорится потому, что опираются создатели учебников на «Летописную книгу» князя Семена Шаховского, литературный памятник XVII века, описывающую те события. Но современные историки (Инна Серова, Александр Орлов) установили, что в основе этой книги лежит древнерусский перевод средневекового рыцарского романа Гвидо да Колуша «История разрушения Трои», осуществленный в начале XVI века. Заимствованы из «Троянской истории» описания сражений, речи на воинских собраниях, описания природы, портретные характеристики героев. Другими словами — в учебниках описан рыцарский роман, а не история реальной битвы XVII века.