«13-й апостол» Византии и Крестовые походы

Как ни странно, война также внесла свою лепту в процесс мирного сосуществования, поскольку пленники, жившие у своих победителей, помогали обеим сторонам узнавать друг о друге. Наконец, многочисленные паломничества в Палестину со стороны византийцев предполагали знание ими обычаев мусульман. И, соперничая друг с другом, сарацины и византийцы признавали, что их соперники все же принадлежат к вере, исповедующей единобожие, и уже тем выгодно отличаются от индийцев или персов, а также западных христиан, к которым мусульмане относились весьма скептически[316].

Впрочем, буквально накануне Крестового похода положение паломников и христиан, проживавших на завоеванных турками территориях, резко ухудшилось. Приход к власти фанатиков от Ислама не мог не дать своих дурных плодов. В Европе на слуху было несколько историй, в подлинности которых не приходилось сомневаться – по крайней мере, современники были убеждены в их истинности.

Рассказывали, в частности, как Гюнтер, епископ Банбергский, весной 1065 г. собрал множество паломников из числа своих прихожан, рыцарей, баронов и благочестивых женщин – всего числом около 12 тысяч человек, и отправился с ними в Святую землю. В Святую пятницу они подошли к Кесарии, находившейся в 2 днях пути от Иерусалима, и здесь их настигли бедуины. Они окружили становище христиан и осыпали их градом стрел. Несмотря на то, что паломники не сопротивлялись и на коленях молили Небеса о пощаде, мусульмане в течение двух дней продолжали свое кровавое дело, пока последний паломник не пал на землю, сраженный стрелой. И как справедливо замечают, эта история запомнилась лишь потому, что число жертв было огромным. Практически же любое паломничество было сопряжено с громадным риском для жизни[317].

Не менее трагичные истории рассказывал знакомым граф Раймунд IV Жилльский, или Тулузский (1088—1105). По его словам, христиане, проживавшие вблизи Ливанских гор, часто подвергались бесчестью со стороны турокмусульман. Те отнимали у них детей и совершали им обрезание, уничтожали святые храмы или, за недостатком времени, выкалывали на иконах глаза святым. Нередко юношей принудительно заставляли заниматься педерастией, а их сестер обменивали на вино. И все эти несчастные могли рассчитывать лишь на своих братьев по вере с Запада[318].