Чернобог (СИ)
- Автор: Gusarova
- Язык: русский
- Жанр: Любовно-фантастические романы
Электронная книга - «Чернобог (СИ)». Краткое содержание книги:
Оба. В ночь. После того, как продали Качурку «ГосПару», а Илья наквасился и разбил любимую машину.
Светке срочно захотелось найти тихое место, чтобы забиться туда и ничего нового больше не узнавать. Новости её пугали, каждая — больше предыдущей. Она остановила себя на полпути к бывшему кабинету старлаба, застыла в коридоре, отдышалась, постаралась успокоиться. Инесса всё выла вдалеке, в голос, никого не стесняясь, полностью отдавшись своему горю.
Все на кафедре знали, что замужняя профессорша на протяжении многих лет любила Ивана Дмитриевича. Кривоглядов был ходячим воспоминанием о её цветущей юности, когда оба они и муж Инессы, Егор Павлович, учились в аспирантуре. Инесса и Иван часто флиртовали друг с другом, Егор Павлович отчаянно добивался Генриховну и однажды добился. Только вот стали ли брак и рождение детей для Лихоимцевой избавлением от привязанности? Инесса часто ворчала о невзаимности чувств между ней и Кривоглядовым, это подавалось в шутливой форме, но Светка не могла представить, насколько всё серьёзно.
«Бедная. Как её жалко, — Светка скомкала юбку, — пойти помочь, или уж оставить её с Толиком? И где Илья?»
Навстречу шёл ещё один профессор с их кафедры, старенький этнограф Кузьмин, Александр Иванович. Он-то и вывел Касаткину из нерешительности.
— Ласточка, какие дела делаются, — посетовал скрипучим голосом почтенный старичок. Александр Иванович когда-то занимал пост завкафедрой до Ивана и тоже ездил в экспедиции. Только возраст взял своё, и теперь почетный преподаватель вуза крепко засел на тёплом местечке. А называть Светку «ласточкой» начал почти сразу, как та появилась в стенах кафедры.
— Александр Иванович, как вы? — заботливо поинтересовалась Касаткина.
— Лучше Вани, лучше Вити, — вздохнул Кузьмин. — Эх, надеялся я, что мои поминки ближе всех, а вон как вышло, девочка. Жизнь такая, как археология. Не поймёшь, что откроет, где удивит.
— Ох, да, — поёжилась Светка.
— По новостям с утра видел: Коломяжский мост перекрыли на ремонт. Какой-то лихач машиной его протаранил и улетел в Упь. Тело так не нашли. И чего людям спокойно не живётся? Вот и Ванька с Витей непойми какие воды мутили, мутили, и бог их в один день наказал. Эх, Ласточка, разве не так я говорю?
— Не знаю, — всхлипнула Светка, взяв профессора под руку и провожая до кабинета. — А где Илья? Каримович.
— Лекцию ведёт вместо Вани, — доложил старичок.
— Ах, лекцию. — Светка встала в дверях кабинета. — Всего вам доброго, побегу его найду.
— Лети, лети, Касатик, — помахал Кузьмин. — Себя береги.
Из большого лектория неслось на весь корпус раскатистое горловое пение. Айвазов любил эпатировать студентов, когда тема доходила до народного творчества племён Севера. Он ревел шаманский мотив, а Светка замерла у запертой двери, считая минуты до конца пары. Потом Илья перешёл на обычную речь, аудитория, как всегда, разразилась аплодисментами.
— Спасибо, спасибо, — услышала Светка бодрое и довольное. — Как видите, по своей структуре горловое пение очень похоже на дроун, так как исполняется на одной ноте, к которой прибавляются обертон и унтертона. Так вот, в горловом пении эрси, в отличие от тех же вайкутов, присутствуют более вариабельные унтертона, а сам дроун остается неизменен, как звериное рычание. Такая манера исполнения дает возможность одновременно воспроизводить несколько звуков. Это происходит потому, что обертона начинают резонировать во рту и горле. В общем, выходит такой себе самобытный и уникальный ancient beatbox¹.
Студентам неизменно нравились демонстрации Айвазова. Конечно, где ещё в Новосвире бесплатно послушаешь тундровую музыку? Но Светке было не до самодеятельности доцента. Она дождалась окончания лекции и того, когда последний студент отстанет от Ильи с расспросами. Айвазов, трезвый, опрятный и благожелательный, то есть, совершенно обычный, приветливо улыбнулся ученице.
— А, вот и ты, соня, — он глянул на часы. — Хорошо, когда можно к первой паре не идти. А слушать, как распинается перед мелюзгой доцент Айвазов, необязательно, верно?
— Ректор умер ночью. И Кривоглядов, — обличительно выдала Светка.
— Да, жаль, — закивал Илья. — Земля им стекловатой.
— Илья Каримович! — осадила его Касаткина, всеми силами удерживаясь от бегства. — Они оба умерли в одно и то же время.
— Сердечный приступ — штука непредсказуемая, — пожал плечами Айвазов, устремив взор в лекционные журналы.
— Да, как и пьяный доцент-шаман, утопивший машину в Упи. — Светка, глубоко дыша, приблизилась. Айвазов нахмурился и сверкнул на неё глазами.
— И что ты хочешь этим сказать? Я был расстроен деяниями этих людей. Потому и выпил.
— А дальше их не стало. Обоих, — напомнила Светка. — Очень кстати для вас.
Илья глянул на неё прямо и колко.
— И для Качурки с её уникальной природой, культурой и энергетикой. Иван знал, что для меня, для эрси, значит эта земля.
Светкины ладони мигом вспотели. Она понимала, что находится в смертельной опасности. На волоске от гибели, как старинные цирковые дрессировщики, сующие голову в пасть клыкастому тигру. Одна капелька пота, и…
— Илья Каримович… Но не вы ведь это сделали, правда? Правда же?
Чёрные глаза прищурились, раскрытая у висков пасть дрогнула. Сердце в испуге схлопнуло клапаны.
— Светоч. Ты практику вести собираешься? — Илья предпочёл уйти от обсуждения. — До начала пары пять минут. Тебя ждут студенты. И постарайся впредь не делать выводов.
— Ложных? — упёрлась в своё Светка.
— Опрометчивых.
Он обогнул её и легко задел плечом о плечо, выходя из аудитории. Будто тигр провёл шершавым языком по щеке своего глупого тигрёнка, облизывая и оберегая от глупостей. Светка внутренне сжалась, но взяла себя в руки и поплелась за ним следом.
Кое-как отвела пару, постоянно вздрагивая и прислушиваясь к тому, что творилось за дверями аудитории. Инессу к тому времени удалось откачать, Кузьмин вполголоса переговаривался с Айвазовым и Лихоимцевым насчёт сборов на похороны и поминок. Потом научник убрался к себе, спустя минут двадцать щёлкнула замком Инесса и тоже прошла через кафедру в музей — прямиком к доценту. Светка похолодела и прослушала вопрос студента раза два прежде, чем поняла его смысл. С трудом дождалась конца пары, ужасно переживая за Инессу. Та могла наговорить Илье чего угодно, и после отправиться следом за возлюбленным. Наконец, студенты отправились на другие занятия, и в краткую перемену кафедра опустела. Касаткина робко толкнула дверь музея — того места, куда она привыкла забегать галопом, напевая и смеясь при этом. Да, Инна и Илья до сих пор говорили. Доцент звучал внушительно и деликатно, как будто вразумлял маленькую девочку.
— ...ты и сама наследница шаманки Карасукской республики², Кабарга. Ты должна понять меня. Выбора он мне не оставил. Ни он, ни Побегушко. Эти клещи долгие годы сосали весь институт, и тебя в том числе.
— Никто не заслуживает смерти, Илюша, — возражала ровным, убитым голосом Инесса. — Даже мой отец, которого я не знала.
— Твой отец не грёб себе в карман бюждетные средства и не продавал исследования. Он всего-то заделал тебя. За что ему лично от меня большое спасибо.
Инесса горько усмехнулась.
— Когда я притащила тебя в этничку по протекции Памятова, я не рассчитывала, что ты возьмёшься за старое и начнёшь убивать преподавателей и руководство. Илюша, Истислав, ты тоже должен понимать, что тебе никак нельзя открываться. Даже если сделать скидку на скотство Ивана, — она запнулась и сошла на рыдания, — я признаю, что он был сволочью, но в самом деле, Илья, ведь они тебя найдут, и ты поплатишься ещё и за былое! Тебя это не смущает? Ты о матери моей подумал? А о нас с Касаткиной? А о Михаиле Ильиче? Он твоей казни не переживёт.