Великая эпидемия: сыпной тиф в России в первые годы советской власти

То же самое наблюдается в амбулатории изопропункта, где благодаря выбитым стеклам больные замерзают. Детские вагоны везде переполнены — по 150 человек. Каждый день на вокзале находят десятки мертвецов[382]. Также на вокзале периодически находят подкидышей — грудных детей и совсем малышей 2–3 лет[383]. Сведения о работе отряда 15–21 января 1922 г.: похоронено 1732 человека. Подобрано и перевезено в больницу 230. В следующую неделю подобрано 205, из них 122 тифозных[384]. С 21 по 28 января похоронено 1078 трупов. 22 января на вокзале собрано около 100 тифозных.

В феврале 1922 г. вокзал, несмотря на все запреты находиться там без билетов или документов, был заполнен людьми. «Во 2-м и 3-м классе находятся до 60 человек больных, которые по целыми неделями валяются на полу без всякого надзора, изопропункт функционирует слабо. Покойников из упомянутых помещений убирают, больных не убирают и помощи никакой не дают, мотивируя тем, что не имеется помещение для больных». Второе помещение представляет потрясающую картину. «Первые две комнаты <…> заняты исключительно больными. Замечено два трупа, и при часовне указанного здания находится до двадцати трупов, которые не убираются по два-три дня. Дезинфекция проводится ежедневно, а также уборка помещений, но перенести здание в надлежащий вид не представляется возможным ввиду того, что публики находится масса, которая ни с чем не считается…»[385]. С 5 по 12 февраля похоронено 1018, подобрано и отправлено в госпитали 548. 17 февраля 228 больных выявлено и перевезено, за эту неделю убрано 255 трупов[386]. С 28 февраля по 5 марта похоронено 1522, свезено в госпиталь 468. В рапорте бойца санэпидотряда, осмотревшего второй пассажирский дом ожидания и часовню при нем, следующее: в здании оказалось 60 человек больных и умирающих от голода. В часовне — залежи трупов[387]. Везде грязь, требуется немедленная уборка. Больные и голодающие также в безвыходном положении. Больные лежат на улице у дверей амублатории. Сведения от 20 марта 1922 г. о работе боевого санэпидотряда: найдено заразных 569 человек, незаразных больных — 197, всего 766[388]. Трупов вывезено 147. 21 марта — 733 больных, трупов 59[389]. 22 марта больных 839, трупов 56. 23 марта больных 739, трупов 63. 26 марта около 600 больных, 133 трупа[390]. 27 марта около 600, трупов 125[391]. Начинается апрель. С 3 по 10 апреля отряд похоронил 1004 человек, распределил больных и голодающих в госпитали 692 человека[392]. В следующую неделю — 857 человек[393]. Эвакобюро в апреле 1922 г. каждый день собирает с улиц Самары 500–600 человек, распределяет в госпитали и эвакопункты. И отправляет на кладбище 100–150 человек[394]. Кстати, о кладбищах. 17 октября 1922 г. проверили инвентарь: 622 железных лопаты, 619 кирок, 54 лома.[395] Чуть позже — лопат более 900. Лопата — основной инструмент сотрудников.