Время перемен [СИ]

Сколько себя помню, любому прибытию воинского эшелона сопутствует если не полный бардак, то хотя бы некий беспорядок. Иной раз запаздывает поезд, а нередко и те лица, которые должны этот поезд встречать, а бывает и так, что воинскую команду просто никто не встретит – начальники передоверились, позабыли, или перепутали время. Как следствие – командование эшелона мечется туда-сюда по перрону, обрывает телефон, пытаясь определить – куда выгружаться, где строиться, а самое главное – куда отправлять бойцов? Бывает и так, что личный состав выгружается прямо в поле, и ждет команды сутки, а то и дольше.

Наш эшелон был заполнен не только делегатами съезда. Как я успел узнать, ехали курсанты академии Генерального штаба и различных курсов комсостава РККА. Будущие командиры среднего звена добрались скромно, без происшествий, а вот «академики» дали жару. Накупили на стоянках самогона, и хлестали его всю ночь, да еще пытались пробраться по сцепкам, чтобы познакомиться с остальными пассажирами. Одного, наиболее ретивого комэска, умудрившегося притащить в наш с Виктором «штабной» вагон четверть «косорыловки», пришлось невежливо успокоить, связать и уложить отдыхать в тамбуре, прикрыв шинелями, чтобы не замерз. Я его вообще хотел выкинуть по дороге, но комиссар пожалел. Будь я начальником эшелона, приказал бы отцепить вагон будущих командиров полков и дивизий где-нибудь в Малой Вишере, а чтобы оттуда добирались пешком. Но я, наверное, чересчур суров. Говорят, из-за постоянных «боевых» командировок убыль курсантов в академии Генерального штаба как на переднем крае. Из ста человек, поступивших на курс, учебное заведение заканчивает лишь половина. Правда, не очень понятны причины убыли – не то гибель, не то отчисление? По мне – коли в академию посылают самых лучших командиров, потенциально способных возглавить высшее звено РККА, то посылать курсантов на смерть во время учебы – нерационально. Но, видимо, есть какие-то высшие соображения, из-за которых «академиков» то и дело снимают с лекций и отправляют воевать.

К моему удивлению, как только наш поезд встал у перрона Московского вокзала, а отцы-командиры принялись выводить на построение «войско», все «академики» вышли и встали в строй и, хотя кое-кто тряс башкой, но на четыре кости не встал ни один. А я сделал вид, что не заметил, как сердобольные делегаты выпускают через вторую дверь нашего «арестанта», да еще и суют ему бутыль с остатками самогонки. Ишь, не всю вылакали, оставили парню на опохмелку.

Принимающая сторона тоже сработала четко. К вагонам сразу же подошли товарищи из Петроградского гарнизона и начали выводить наши разношерстные отряды в город.

К нам тоже подлетел круглолицый военный. Посмотрев на Виктора, спросил:

– Товарищ Аксенов?

Нет, я тоже хочу себе красивую форму и будёновку, как у комиссара шестой дивизии Первой конармии. А еще взаправдашнюю саблю. Барабан и красный галстук, равно как и щенок бульдога, необязательны.

– Комиссар Спешилов, – представился Виктор и кивнул на меня. – Вот это командир отряда товарищ Аксенов.