Вологодские заговорщики
- Автор: Трускиновская Далия Мейеровна
- Год: 2019
- Язык: русский
- Год: Вече
- ISBN: 978-5-4484-8025-6
- Жанр: Исторические приключения
Электронная книга - «Вологодские заговорщики». Краткое содержание книги:
Возле поворота на село Холуй Чекмай придержал коней. Он вспомнил, что говорил об этом селе Глеб, который провел там три года, прежде чем сумел сбежать.
Местность к иконописи не располагала — была она довольно дикой, стояли поблизости от Рождественной обители соляные варницы, было на реке Тезе несколько мельниц, но всякий раз в паводок она приносила немало бед. Попасть туда можно было разве что по воде, на стругах, и так же оттуда выбраться, бежать через леса — как раз в тех лесах и упокоиться навеки. Глеб учился иконописи совсем в другой обители, но его учитель запил, стал безобразничать, сквернословить, лаяться с иноками, и его вместе с учеником сослали в Холуй: пиши там себе образа, сделай милость, и сиди там до самой смерти. Таких ссыльных богомазов в Холуе набралось некоторое количество, что иноков, что мирян, они готовили на продажу скорописные образа, и жили они настолько хорошо, насколько это возможно в захолустье. Глеб был молод, сдружился с такими же молодыми холуянами, и однажды его тайно вывезли на струге. Он побывал и во Владимире, и в Рязани, и в Туле; наконец добрался до Калуги с намерением там выгодно жениться на богатой вдове, но повстречал Ульянушку — и увез ее в Вологду.
Вдруг Чекмая окликнули сверху:
— Эй, ты кто таков?
— Свой, — отозвался удивленный Чекмай.
— Какой еще свой? А ну, крестись и читай «Отче наш»!
Чекмай сообразил: да это же верный способ отличить православного от католика и русского от поляка. Он и перекрестился, и прочитал молитву, и для надежности еще присовокупил к ней Символ веры.
— И точно, — отозвались сверху. — Куда путь держишь?
— А тебе на что?
— А надобно!
— Ты из Холуя, что ли? — догадался Чекмай. — Подступы охраняешь?
— Нет боле Холуя…
— Куда ж он подевался?
— Весной еще приходило польское войско, сожгло Стародуб, потом — по Балахонке к нам. А чем у нас можно поживиться? Нас мало было, но мы без боя их не пустили. А лучше бы сразу ушли в леса. Наших ратников порубили, кто уцелел — увел в леса баб со стариками и детишками. И они, сукины дети, сожгли Холуй…
— Плохо, — сказал Чекмай. — Так и сидите в лесу?
— А что делать-то?
— Позови кого-нибудь из своих, пусть вместе со мной едет в Мугреево. Там теперь князь раны залечивает. Я чай, мугреевские мужики с вами хоть мукой поделятся — что-то же вам есть надо, а на болотах рожь не растет.
— А почем я знаю, кто ты таков? Может, ты нашего человека выманишь и прирежешь! — возмутился тот, кто сидел высоко в многоярусной кроне старого дуба.
— Да что с него взять, с вашего человека, кроме старых лаптей?
— Нас и так мало совсем осталось…
— На обратном пути, может, поеду мимо… Кто-то из ваших всегда тут, на дубе, как Соловей-разбойник, сидит?
— Да приходится…
— Постараюсь хоть мешок муки или круп на заводном коне сюда доставить. У вас же там и дети малые, поди?
— И дети…
— Ну, бог с тобой, сиди дальше.
Чекмай, имея в душе некий список злодеяний, за которые следовало посчитаться с польскими панами, молча прибавил еще и это.
Далее дорога обогнула Ванюковское болото и вывела к повороту на Мугреево.
В мугреевскую вотчину входило несколько деревень и починков. Владения князя были довольно велики — на севере простирались до селища Южа, захватывая Белоусовские пустоши, если двигаться оттуда на запад — граница проходила по Богоявленскому озеру; часть вотчины располагалась на левом берегу реки Лух. Приближаясь к Мугрееву, Чекмай задумался: а там ли воевода? Он ранен, исцеление продвигается плоховато, а ему же еще следовало позаботиться не только о своей безопасности. У князя с княгиней Прасковьей Варфоломеевной родилось шестеро — три сына, три дочери. И сыны — еще не в тех годах, чтобы браться за оружие. Возможно, следовало сразу ехать в Иверскую пустынь, что поблизости от княжьей усадьбы. К ней вели потайные лесные гати. Иноки могли не только укрыть воеводу, но и лечить его.
Чекмай подумал, прислушался к своему нюху — и решил сперва навестить усадьбу, где прошло его детство.