Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе
- Автор: Роуз Эмили М.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814604
- Переводчик: Татьяна Вячеславовна Ковалевская
- Жанр: История
Электронная книга - «Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе». Краткое содержание книги:
Французские историки по большей части игнорировали события в Блуа – возможно, потому, что большая часть документов написана на средневековом иврите[672]. Американские историки обычно трактовали аутодафе в Блуа как события исключительно еврейской истории.
Традиционно считается, что в ходе произошедших в Блуа событий граф Тибо действовал под влиянием своей юной и гордой жены Аликс[673], дочери короля Франции, которая потребовала, чтобы муж бросил свою любовницу Пюльселлину, еврейку[674]. Что он и сделал, обвинив евреев в Блуа в ритуальном детоубийстве и приговорив их к костру, видимо, по настоянию жены, но и, не исключено, с определенной неохотой подчиняясь требованиям толпы, которую разжигали подстрекательские проповеди некоторых клириков. История, произошедшая в Блуа, обычно трактуется в контексте семейной размолвки: ревнивая и униженная юная супруга, безвольный граф и отвергнутая любовница, как будто этого было достаточно, чтобы повлечь за собой судебный приговор и чудовищную казнь более тридцати человек, а также публичные обращения к королю и резкое изменение религиозных традиций. Но события в Блуа можно глубже понять в политическом и экономическом контексте, проистекавшем из сложившегося во Франции положения[675].
Хотя граф Тибо принадлежал к прославленному роду, правящий дом Блуа к тому времени уже терял свою значимость, и его графство бледнело на фоне соседей. Сегодня в описаниях региона и дома Блуа-Шампань основное внимание уделяется их процветанию в эпоху Тибо IV Великого в начале XII века, когда наследные графы Блуа, чьи земли почти полностью окружали владения французских королей, представляли серьезную угрозу Капетингам[676]. В конце концов конфликт был урегулирован, и двое сыновей Тибо IV, Генрих I Щедрый, граф Шампанский, и Тибо V, граф Блуаский, женились на дочерях Людовика VII и его первой жены Элеоноры (Алиеноры) Аквитанской (этот брак был аннулирован, и Элеонора вышла замуж за Генриха II Английского). Король Людовик, в свою очередь, третьим браком женился на сестре Генриха и Тибо Адели. После смерти Тибо IV Великого в 1152 году земли были поделены между его сыновьями[677]. Старший сын Генрих унаследовал богатое северо-восточное графство Шампань, получавшее немалые доходы от нескольких ярмарок, основанных его отцом. Меньшие по размеру древние наследные земли Блуа и Шартра перешли младшему сыну, Тибо V Блуаскому. Третий сын Этьен (Стефан) стал графом Сансерским, а четвертый сын Гийом (Вильгельм) – епископом Шартрским, а впоследствии архиепископом Реймсским. Предполагается, что Аликс и Тибо V в своей столице в Блуа вели ту же роскошную и утонченно-культурную жизнь, что и Генрих и Мария в Шампани[678]. Членов одной семьи часто рассматривают как единое целое, и это вполне применимо к дому Блуа-Шампань и его владениям. Но это скрывает поразительные различия как между людьми, так и между землями, которыми они правили[679].
Историки редко уделяют внимание различиям между Блуа-Шартром (эти соседние земли рассматриваются в тот период как одно целое) и графством Шампань во второй половине XII века и пишут о знаменитой «Шартрской школе», доходных ярмарках в Шампани и обширных семейных связях графа[680]. В XI веке Париж и Шартр были вполне сопоставимы, но в следующем столетии Шартр начал отставать; возможно, Шартрская школа не дожила и до середины XII века[681]. Блуа оказался в тени Тура и Орлеана, опиравшихся на более значительную экономику и мощную королевскую власть, так что блеск Блуа начал быстро тускнеть. Париж стал превосходить все остальные города, ярмарки Шампани процветали, а Блуа (и в меньшей степени Шартр) постепенно погружался в безызвестность. К концу XII века Блуа превратился в маленький и относительно незначительный городок, считавшийся глухой провинцией[682]. Вплоть до 1196 года здесь не было архивов, поэтому о событиях XII века мало что известно[683]. Тибо V правил сорок лет, умер от болезни во время Третьего крестового похода и не оставил в памяти современников особого следа.
Многое указывает на то, что граф Блуа и его жена переживали тяжелые времена. Литературные и архитектурные памятники, связанные с именами Тибо и Аликс, отражают модные вкусы и невоплощенные амбиции[684]. В противовес, например, множеству текстов, твердо связанных с именами графа и графини Шампанских, двор Блуа почти не заказывал художественных и литературных произведений[685]. Строительство самой большой церкви в Блуа, церкви аббатства Сен-Ломер, было приостановлено в середине правления Тибо, вероятно, по финансовым причинам[686]. За те проекты, которые они могли позволить себе завершить, Тибо и Аликс почти не получили признания[687]. Интеллектуальная репутация аббатства Сен-Ломер во второй половине XII века также поблекла[688].
672
История в Блуа не упоминается в большинстве стандартных историй Франции; см., например, Халлам и Данбэйбин (Hallam and Dunbabin) или Ив Сассье: Sassier Y. Louis VII. Paris: Fayard, 1991. Тибо V Блуаский никогда особо не интересовал историков. Бернар Блюменкранц (Blumenkranz B. Les Juifs à Blois) – один из немногих французских исследователей, изучающих аутодафе в Блуа; Жан-Поль Соваж вкратце излагает исследования на английском языке (Sauvage J.-P. Le massacre des Juifs à Blois en 1171 // Mémoires de la Societé des Sciences et Lettres du Loire-et-Cher. 1994. Vol. 49. P. 5–22).
673
В отечественной историографии она обычно именуется Алисой. В переводе, согласно намерению автора, сохранена форма «Аликс»; см. прим. 2 на с. 254. – Прим. перев.
674
См. проникновенный рассказ в: Schama S. The Story of the Jews: Finding the Words, 1000 bce – 1492 ce. London: Bodley Head, 2013. P. 292ff.
675
Обвинения и аутодафе фиксируются в источниках на латыни (кратко) и на иврите, особенно в богослужебных поминовениях сожженных евреев (стиховорения и поминальные списки) и в письмах еврейских общин Парижа, Труа и Орлеана своим единоверцам. См. первые публикации многих текстов, где упоминается аутодафе в Блуа в: Neubauer A. Morris Stern. Hebräische Berichte über die Judenverfolgung während der Kreuzzüge. Berlin: L. Simon, 1892; репр. New York: Olms, 1997; и Habermann A. M. The Persecutions of France and Germany [Hebrew]. Jerusalem: Tarshish, 1945; repr. Ofir, 1971. P. 142–144. См. также анализ и еще одно стихотворение в: Spiegel Sh. In Monte Dominus Videbitur: The Martyrs of Blois and the Early Accusations of Ritual Murder. [Hebrew] // The Mordecai M. Kaplan Jubilee Volume. New York: Jewish Theological Seminary of America, 1953. Hebrew section. P. 267–287. Некоторые из писем и позднейшее описание у Эфраима из Бонна переведены на английский; см.: Marcus J. The Jew in the Medieval World: A Source Book, 315–1791. Cincinnati, 1938; репр. Hebrew Union College Press, 1999. P. 127–130, этот перевод доступен в Интернете. Другие переводы писем см. в: Chazan. Church, State and Jew. P. 114–117, 300–304; и в приложении 2 в: Stow K. Jewish Dogs: An Image and Its Interpreters: Continuity in the Catholic-Jewish Encounter. Stanford, CA: Stanford University Press, 2006. Стоу подчеркивает (р. 99, 111), что письма, по всей вероятности, переписывались и значительно перерабатывались во Франции, в Шпейере и в Тревизо, где они сохранились в единственной рукописи 1453 года. Сюзан Л. Айнбиндер подробно разбирает сохранившиеся источники и определяет дополнительные поминальные стихотворения, связанные с аутодафе. См.: Einbinder S. L. Beautiful Death: Jewish Poetry and Martyrdom in Medieval France. Princeton, NJ: Princeton University Press, 2002. P. 65 n. 2. Списки жертв см. в: Siegmund Salfeld. Das Martyrologium des Nürnberger Memorbuches (Berlin: L. Simion, 1898). Лингвистический анализ писем см. в: Fudeman K. A. Vernacular Voices: Language and Identity in Medieval French Jewish Communities. Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 2010. Ch. 2. P. 60–88.
676
В начале XII века стратегически расположенные графства Блуа и Шампань обладали большой политической и экономической властью. Тибо IV основал Шампанские ярмарки и привлек торговцев не только со всей округи, но даже и из Парижа. См.: Hallam E. M. Capetian France, 987–1328. London: Longman, 1980. P. 49.
677
Тибо Великий (ум. 1152) – это Тибо IV Блуаский и Шартрский, он же Тибо II Шампанский и Бриский (он унаследовал Шампань и Бри от дяди в 1125 году) Его сыном, о котором рассказывается в данной главе, был Тибо V Блуаский и Шартрский (ум. в 1191 году во время Третьего крестового похода). Брат Тибо IV Стефан Блуаский стал королем Англии (ум. 1154); его внуком был Тибо III Шампанский, младший сын Генриха I (ум. в 1201 г., готовясь к Четвертому крестовому походу).
678
Шампанский двор покровительствовал художникам и писателям, жонглерам, трубадурам и труверам, в частности, Кретьену де Труа, автору рыцарских романов артуровского цикла, Андреасу Капеллану, автору De Amore («Искусство куртуазной любви»), Николя Клервоскому и Готье Аррасскому. Как пишет Джон Ф. Бентон, Генриха отличали традиционные серьезные вкусы, Мария склонялась к более современному искусству той эпохи (Benton J. F. The Court of Champagne as a Literary Center // Speculum. [1961]. Vol. 36. P. 551–591). Утверждение, будто культурный расцвет Шампани обязан своим существованием именно графине Марии, ныне вызывает сомнения. См.: Broadhurst K. M. Henry II of England and Eleanor of Aquitaine: Patrons of Literature in French? // Viator. 1996. Vol. 27. P. 53–84. Меценатству Марии приписывался расцвет культурной жизни не только Труа, но и Пуатье. Эми Келли пишет, что Мария была «покровительницей королевской академии в Пуатье» (Kelly A. Eleanor of Aquitaine and the Four Kings. [Cambridge, MA: Harvard University Press, 1974]. P. 160), но это не подтверждается имеющимися данными. См.: Labande E.-R. Les filles d’ Alienor d’ Aquitaine: étude comparative // Cahiers de civilizations. 1986. P. 103.
679
Для ясности и последовательности я называю графа и графиню Блуа Тибо и Аликс, его сестру, королеву Франции в браке с Людовиком VII, – Аделью. Стоу (Jewish Dogs, 99) вносит путаницу, называя Тибо V «Теобальдом Шампанским», хотя обычно так называют его отца (Тибо IV Блуаского, он же Тибо II Шампанский), его племянника (Тибо III Шампанского) и его внучатого племянника (Тибо IV Шампанского Трубадура), но не Тибо V Блуаского, который никогда не жил в Шампани и не правил ею. Его жену Аликс, графиню Блуаскую, историки также именуют Алисой Французской или Алисой Капет. Мишель Бюр именует ее Элеонорой; см.: Bur M. La formation du comté de Champagne v. 950 – v. 1150, Mémoires des Annales de l’Est. Nancy: l’Université de Nancy, 1977. P. 54. Лабанд называет ее «Элис». Эту Аликс или Алису Блуаскую не следует путать с сестрой ее мужа Аделью (или Алисой) Шампанской, которую после брака с французским королем стали именовать Алисой Французской; она была матерью будущего Филиппа II. Также графиню Блуаскую не нужно путать с еще одной Алисой Французской, ее единокровной сестрой, дочерью Людовика VII и его второй жены Констанции Кастильской, помолвленной с Ричардом Львиное Сердце. См., например: Appleby J. T. Henry II: The Vanquished King. London: G. Bell & Sons, 1962; в указателе перечислены обе женщины; см. также: Baldwin J. The Government of Philip Augustus. Berkeley: University of California Press, 1986; где по непонятной причине в указателе отдельно даны Аликс, дочь Элеоноры и Людовика, и Аликс, графиня Блуаская (в дополнение к Аликс, дочери Констанции и Людовика). Сестру Аликс Блуаской, графиню Марию Шампанскую, также именуемую Марией Французской, надлежит не смешивать с поэтессой Марией Французской, жившей в Англии, и с дочерью самой графини, также именуемой Марией Шампанской, которая вышла замуж за Болдуина Константинопольского. Бабку Тибо V я называю Аделой Блуаской; она была дочерью Вильгельма Завоевателя и стала графиней Блуа в замужестве.
680
См. в качестве исключения: Evergates Th. Blois // Medieval France: An Encyclopedia. New York: Garland, 1998. Эвергейтс пишет, что Шампань «стала крупным графством, тогда как графства Блуа-Шартр, лишившись многих владений, отступили в тень». Эмили Тейтц (Taitz E. The Jews of Medieval France: The Community of Champagne. Westport, CT: Greenwood Press, 1994 Р. 2) исходит из предположения о том, что положение евреев на всей территории современной Франции было примерно одинаковым, и на Шампань можно ориентироваться как на мерку для всех остальных французских общин. Болдуин (Baldwin. Philip Augustus. P. 9) отмечает, что восточные земли графов являлись менее густонаселенными и более бедными, но имели важное стратегическое значение.
681
Southern R. W. The School of Paris and the School of Chartres // Benson R. L., Constable G. (Eds.) Renaissance and Renewal. Oxford: Clarendon Press, 1982. P. 113–137, особ. р. 120–121; Jeauneau E. Rethinking the School of Chartres. Toronto: University of Toronto Press, 2009.
682
Что бы мы ни имели в виду, говоря о Блуа XII века – крепость и обнесенный стеной город (ville, жителей которого именовали Blésois), окружающую их сельскую местность (фобурги и банлье) или маленькие территории (pays), тоже именуемые Блуа (их жителей называли Blaisois), записей об этом до нас дошло мало. Уже в конце XIII века графство продали французским королям. Лишь при Франциске I в эпоху Возрождения к Блуа вернулась былая значимость.
683
См.: Medieval France: An Encyclopedia, s. v. «Blois», где Блуа называют «административно отсталым».
684
Архитектурные изменения в ходе строительства церкви св. Николая указывают, что зодчие в Блуа тщательно следили за развитием архитектурных стилей в Париже; в 1170 году они предвосхитили аркбутаны собора Парижской Богоматери, но их планы были нарушены. Сен-Ломер был одной из первых церквей, где аркбутаны планировались еще до того, как их использовали в соборе Парижской Богоматери. См.: James J. Evidence for Flying Buttresses before 1180 // Journal of the Society of Architectural Historians. 1992. Vol. 51. P. 261–287.
685
Сегодня можно точно сказать, что супружеская пара частично покровительствовала созданию двух произведений, «Ираклия» и «Илля» Готье Аррасского; возможно, они покровительствовали и созданию романа в стихах «Партенопей Блуаский». Первое из упомянутых сочинений, заказанное Тибо, было закончено уже для другого мецената. Готье д’Аррасский начал роман «Ираклий», повествование о мифическом житии византийского императора Ираклия, для Тибо V, но продолжил его для Марии Шампанской. Роман писался где-то между 1164 и 1191 годами и был завершен для Бодуэна (Болдуина) Эноского. Фредерик А. Г. Коупер полагает невозможным, что Готье порвал с Тибо и Марией во время работы над «Ираклием», но потом вернулся к Тибо, чтобы завершить роман «Илль» (Cowper F. A. G. The New Manuscript of ‘Ille et Galeron’ // Modern Philology. 1921. Vol. 18. P. 601–608). Однако если Тибо первоначально не хватало денег, а затем ему досталось целое состояние, то становится понятным, почему он не смог оплатить один заказ (до 1171 года), а потом смог профинансировать другое произведение того же автора десять лет спустя. Текст «Партенопея» см. в: Gildea J. Partonopeu de Blois, 2 vols. Philadelphia: Villanova University Press, 1967–1970. P. 2:2. Более современное издние с полной библиографией и воспроизведением всех ранних рукописей выложено в Интернете. См.: Eley P., Simons P. (Eds.) Partonopeus de Blois: An Electronic Edition. Sheffield: HriOnline, 2005 (http://www.hrionline.ac.uk/partonopeus/). См. также первую посвященную этому произведению монографию: Eley P. Partonopeus de Blois: Romance in the Making. Woodbridge, Suffolk: Boydell and Brewer, 2011. Эли отмечает (р. 205), что в поэме упоминаются денежные подарки, которые графиня могла или даровать, или отказать в них. Создание «Партенопея», скорее всего, относится к концу 1180‐х годов, и этот длинный и запутанный византийский роман прекрасно отражает вкусы эпохи. «Партенопея» вскоре перевели на немецкий, голландский, датский, испанский, каталанский, английский и итальянский. Он во многом близок романам артуровского цикла Кретьена де Труа. Об этом см.: Noble P. S. Partonopeu de Blois and Chrétien de Troyes // Pickens R. T. (Ed.) Studies in Honor of Hans-Erich Keller: Medieval French and Occitan Literature and Romance Linguistics. Kalamazoo: Medieval Institute Publications, Western Michigan University, 1993. P. 195–211. О щедром меценатстве дома Блуа-Шампань писалось много. Чтобы представить себе прекрасный вкус и роскошные приобретения Генриха, дяди Тибо V (ум. 1171), см.: West J. A Taste for the Antique? Henry of Blois and the Arts // Anglo-Norman Studies. 2008. Vol. 30. P. 213–230.
686
Адела Блуаская делала щедрые вклады в обитель Сен-Ломер и распорядилась служить еженедельные мессы и ежегодную мессу аббатского чина в годовщину ее смерти. О связях Аделы с Сен-Ломером в более широком контексте см. в: LoPrete K. Adela of Blois and Ivo of Chartres: Piety, Politics and the Peace in the Diocese of Chartres // Anglo-Norman Studies. 1991. Vol. XIV. P. 131–152. Двое ее сыновей подтвердили этот вклад, и граф Тибо IV заложил основание церкви аббатства Сен-Ломер (церкви св. Николая) в 1138 году после пожара 1114 года (Bibliothèque Nationale de France, ms lat. 7297, fol. 102v; цит. по: Lesueur F. Les églises de Loir-et-Cher. Paris: Editions A. et J. Picard, 1969. P. 55). Граф Тибо V также подтвердил вклады своей бабки в 1169 году и продолжал делать пожертвования на помин души своего отца: LoPrete. Adela of Blois. Dublin: Four Courts Press, 2007. P. 477. Постройка велась в три стадии в XII – начале XIII века. О этом см.: Leseuer F. L’ église et l’ abbaye bénédictine de St.-Lomer de Blois // Memoires de la Société des Sciences et Lettres de Loir-et-Cher. 1924. Vol. 25. P. 59–155. Первая стадия была закончена до 1186 года, вторая, когда были построены хоры, трансепт и первый ряд колонн нефа, началась в конце XII века. На третьей стадии, в начале XIII века, средневековая церковь была достроена.
687
Эпос «Партенопей Блуаский» оказал большое литературное влияние, но имен меценатов не сохранил. Люди верили, что очаровательно светлые своды церкви аббатства Сен-Ломер создали феи; светильник на верху нефа был поразительным нововведением, и посетители церкви даже в конце XVIII века называли его «малым чудом света». См.: St. Nicolas, Abbey of Saint Laumer, Blois, n. p., n. d., брошюра распространялась в церкви в 2008 году.
688
К середине XII века уже нет харизматиков, подобных образованному аббату Морису Сен-Ломерскому или именитому поэту и дипломату Петру Блуаскому (ок. 1135 – ок. 1203), который затем перебрался в Париж и Болонью и сделал карьеру в Англии.