Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе
- Автор: Роуз Эмили М.
- Год: 2021
- Язык: русский
- Год: НЛО
- ISBN: 9785444814604
- Переводчик: Татьяна Вячеславовна Ковалевская
- Жанр: История
Электронная книга - «Убийство Уильяма Норвичского. Происхождение кровавого навета в средневековой Европе». Краткое содержание книги:
Итак, весной 1170 года норвичский епископ вполне мог путешествовать по северной Франции, рассказывая там историю Уильяма, в поддержку святости которого он выступал уже несколько лет, начиная с защиты Симона де Новера в Лондоне на суде по обвинению в убийстве банкира-еврея. Circumlatio, совершаемое заезжими монахами, переезжающими из города в город, да еще и под руководством красноречивого иерарха, придавало авторитет всему предприятию и подтверждало важность собщаемых новостей. Ко второй половине XII века уже сформировалась профессиональная организация клириков, собирающих пожертвования, что указывает на институционализацию практики circumlatio[664]. Обычно при путешествии с мощами монахи заручались поддержкой влиятельного покровителя (короля, епископа, аббата, графа), чтобы он придал вес кампании; затем они получали разрешение от соответствующих властей и охранные грамоты для путников; delatio заранее широко анонсировалось в письмах к важным церковным деятелям; монахи нанимали церемонимейстера (prolocutor); они также обеспечивали себе теплый прием со стороны местной знати; наконец, процессия с мощами совершала торжественный въезд в город (adventus), возможно, при этом исполнялись особые песнопения, а участники процессии несли хоругви; произносилась проповедь; собравшимся представляли ковчежец с мощами (feretrum) и объявляли об особых индульгенциях для жертвователей. Успех circumlatio неизменно требовал тщательнейшего планирования поездки, в которой монахи широко пользовались как церковными, так и личными связями[665]. Участники delatio традиционно нанимали опытного зазывалу, обладавшего особым умением разогревать толпу. Такой церемонимейстер описывал уже свершенные мощами чудеса или иллюстрировал их действенность практической демонстрацией новых исцелений.
Присоединяясь к местной процессии, слушая проповедь, готовясь к исповеди, ища излечения, читая молитвы и делая пожертвования, жители французских городов тем самым активно поддерживали истинность происхождения путешествующей святыни. Приходя к мощам Уильяма Норвичского, они таким образом имплицитно соглашались с обвинениями в ритуальном убийстве, вне зависимости от того, знали ли они хоть одного еврея и слышали ли ранее подстрекательские проповеди на эту тему.
Церковные зазывалы поощряли слушателей делать пожертвования, подчеркивая драматичность рассказываемых ими историй; они также указывали на различные материальные предметы, чтобы пробудить энтузиазм собравшихся. Аббат Гвиберт Ножанский (ум. в 1124 году) в своем сочинении о мощах писал, что скептически настроенные люди слишком хорошо знали, что «жадные сердца простонародной толпы легко обмануть фальшивой глухотой, притворным безумием, искусно прижатыми к запястью пальцами, подвернутыми под самые ягодицы ступнями». Аббат Гвиберт признавал, что он «слышал, как люди шепотом сговаривались о подобном, и сам был свидетелем тому, как такие нелепые поступки совершались во время поездок с мощами; и ежедневно мы видим, как люди, которых св. Иероним называет rabulas[666] в насмешку над их бешеным красноречием, своей ложью дочиста опустошают кошельки некоторых людей»[667].
Епископу Уильяму не требовалось нанимать стороннего импресарио. Как мы видели, он сам был талантливым оратором и опытным судебным юристом, верным новому святому покровителю своего собора. Поскольку многие исцеления, приписываемые юному Уильяму Норвичскому, касались монастырской братии, Тарб, возможно, привез с собой нескольких монахов, чтобы они свидетельствовали о том, как излечились и они сами, и другие иноки. Они могли демонстрировать орудия предполагаемых пыток объявленного святым юноши: кляп, якобы найденный у него во рту и сбереженный его дядей, два его зуба, которые утащил для себя Томас Монмутский, обрывки окровавленной одежды Уильяма, сохранившиеся в Рединге, или один из его башмаков, сберегаемый в Норвиче (или потом, возможно, в Уимборне)[668].
664
Heliot, Chastang. Questes et voyages. P. 814.
665
Ярроу (Yarrow. Saints and Their Communities. P. 78ff) указывает, что не все поездки с мощами были успешными – например, circumlatio монахов, возивших по Англии мощи св. Евсевия.
666
Крикуны, пустозвоны. – Прим. перев.
667
De pigneribus 1, 97. Новый перевод Книги I труда Гвиберта см. в: Head Th. Medieval Hagiography: An Anthology. New York: Garland, 2000. P. 399–428, с примечаниями и вступлением. Я пользовалась следующими английскими переводами: Rubenstein J. Guibert, Portrait of a Medieval Mind. P. 125; и Coulton. Life in the Middle Ages. Анализ труда Гвиберта см. также в: Morris. A Critique of Popular Religion.
668
Томас Монмутский упоминает башмак (Vita, IV, viii, 113) и зубы, которые он забрал себе (Vita, IV, ix, 114). Д. Бетелл (Bethell D. The Making of a Twelfth Century Relic Collection // Cuming, Baker (Ed.) Popular Belief and Practice. P. 61–72, 68) пишет, что Редингское аббатство «располагало весьма современной коллекцией», потому что в их картулярии уже в конце XII века указаны мощи Уильяма Норвичского (ум. 1144) и Роберта Берийского (ум. 1181). Джулиан Лаксфорд предположил, что Уильям Норвичский упомянут в позднем списке отрывочного списка мощей Уимборнского собора в Дорсете (Luxford J. St William of Norwich in Late Medieval Art), доклад, прочитанный на конференции «Юность, насилие и культы» («Youth Violence and Cult») в колледже королевы Марии в Университете Лондона 29 января 2010 года. См. также: Rubin. Life and Passion. P. 234–235 n.